Он выскользнул из меня и развязал галстук вокруг моих запястий. Мое тело отзывалось двигаться с щека-прижата-к-полу-и-задница-приподнята-вверх позы, я издала стон удовольствия, когда он вытер следы своего освобождения между моих ног своим дорогим галстуком.

Что только что произошло со мной?

Когда он закончил, то поднялся на ноги и поднял меня следом за собой с пола. Не встречаясь со мной взглядом, он быстро застегнул свои брюки и убрал свой галстук в тот же карман, куда и мои трусики.

Его тело было расслабленным, пресыщенным ласками и удовольствием, но взгляд оставался серьезным.

Я потянулась рукой, чтобы опустить юбку вниз с талии, но он остановил меня своими большими ладонями.

— Позволь мне сделать это.

Когда наши глаза встретились, я прекратила дышать. Что бы ни произошло со мной, он почувствовал это. Он видел мою растерянность, уязвимость.

На его лице воцарилось выражение борьбы и отвращения к самому себе.

С мучительной нежностью он разгладил мою юбку, хмурясь из-за разорванного им материала. Мы вдыхали аромат друг друга, когда он тщательно застегивал пуговицы на моей блузке. Его руки были нежными и трепетными, как будто он стремился исправить нанесенный мне вред, его костяшки поглаживали шелковистую кожу моей груди.

Его губы были сосредоточенно сжаты в тонкую линию, и я погрузилась вниз еще больше.

Погрузилась еще больше в свою одержимость по отношению к Кью, мужчине, который заставил меня жить.

Когда последняя пуговица была застегнута, он замер, не отстраняясь от меня.

— Тесс…

Я покачала головой. Сейчас не было времени осознавать и разбираться в том, что произошло между нами. Я хотела насладиться этим. Защитить это.

Он кивнул, в его глазах было выражение беспокойства. Он проводил меня до кресла, и я пристегнула свой ремень. Склонившись надо мной, он подарил мне милую улыбку, говоря негромко:

— Мне кажется, мы присоединились к тем, кто любит заниматься сексом на высоте.

Я мягко рассмеялась, когда он уселся в свое кресло и перевел свой взгляд в окно. Он выглядел задумчивым, полностью погруженным в свои мысли. Воздух между нами больше не потрескивал от сексуального напряжения, он звенел от эмоциональной связи.

Я знала, почему Кью выглядел таким тихим, — потому что между нами произошло что-то большее, чем секс. Мое сознание явственно чувствовало это, мое сердце приветствовало это, в тот момент, когда он заставил меня разлететься на осколки, я опустила стену, которая была в моем подсознании. Стена, которая существовала там, на протяжении всего моего детства — основа, откуда я могла черпать немного счастья и радости, будучи нелюбимой своими родителями.

Кью разрушил непреодолимую стену между нами, и он тоже это ощущал.

Что-то невесомо-нежное образовалось между нами, и я надеялась, что это было положено начало нашего будущего.

Я вздохнула, ощущая ушибы и боль во всем теле.

Высоко над землей, мы пребывали в своей идеальной извращенной гармонии.

Глава 5

Ты пробралась в мою тьму, освободила моего монстра, так кричи же, истекай кровью, взывай ко мне, но никогда не смей говорить мне остановиться, никогда не убегай…

Кью

Я сделал это.

Я сделал то, что старался получить, — что старался сотворить монстр.

Я сломал ее.

Я сломал что-то внутри Тесс, и это заставляло меня страдать. Я хотел извиниться, упасть на колени и молить ее о прощении, но она покачала головой, когда я хотел начать, полностью отгораживаясь от меня.

Я не понимал, какого хрена произошло. Внешне ничего не изменилось, но что-то необратимо разрушилось — какой-то незримый барьер между нами — какое-то препятствие, которое мы никак не могли преодолеть.

Когда вертолет начал неспешно снижаться из облаков ближе к городу, я мысленно ругал себя за то, что наказал ее. За то, что потребовал слишком многого слишком скоро.

Я, мать вашу, сломал что-то внутри нее. А что если я разрушил все?

Осмеливаясь посмотреть на Тесс, я вздрогнул, когда заметил легкий след на ее шее и исчезающий отпечаток от ковра на ее щеке. Ее глаза были прикрыты и на розовых, идеальных губах была крошечная улыбка.

Она сняла чулки, чтобы избавиться от доказательства нашего времяпрепровождения на высоте, и ее кожа была немного покрасневшей на коленях.