Даже не знаю, что и думать об этом чем-то новеньком, потому в любом случае киваю, а затем поворачиваюсь и выхожу из комнаты. Указывая на картошку фри, которую Кайли несколько минут назад бросила в меня, я оглядываюсь через плечо.

– И убедись, что ты убралась здесь, – я почти выхожу из кухни в столовую, когда моя сестра решает, что ей нужно еще что-то сказать. А когда ей на фиг это не нужно?

– Ты уходишь?

Я поворачиваюсь к ней лицом, не прекращая двигаться в сторону коридора, сейчас задом на перед.

– У меня встреча.

– Дай угадаю, встреча, связанная с финансовыми вопросами? – спрашивает Кайли, и я при всем желании не могу не уловить нотки сарказма в ее голосе. Она автоматически предположила, что это связано с Сэм, и как всегда, моя сестра охуенно права. Бывшая жена звонила мне этим утром, желая снова встретиться и поговорить, и поскольку с момента нашей бессмысленной встречи в Санта-Монике прошло уже несколько недель, и потому что мне все еще хочется сбросить с себя этот мешок с дерьмом и двинуться дальше, я согласился дать ей то, что она попросила.

– Ну, так это Саманта? – спрашивает Кайли.

Намек на ухмылку на моих губах больше похож на насмешку, от чего сестра вымучено улыбается.

– Делай свою работу. И не отъебись от моих личных дел, – я разворачиваюсь снова как раз, когда сестра со злостью откусывает огромный кусок гамбургера. Но она бы не была Кайли, если бы последнее слово осталось не за ней, потому не успеваю я закрыть за собой дверь, как слышу ее голос.

– У меня не останется работы, если ты и дальше продолжишь творить херню в тайне от меня, – орет она. Я решаю не отвечать – что бы я не сказал это так или иначе заденет ее чувства – и захлопываю за собою дверь.

На удивление поездка к банку занимает меньше обычного времени, и как только я осуществляю несколько платежей для Сэм, то звоню ей.

Так как дело касается денег, она отвечает на втором гудке. Несколько секунд моя бывшая дышит в трубку словно чертов преследователь, а затем говорит севшим голосом:

– Деньги уже у меня на счету.

Я с силой сжимаю руль и усмехаюсь.

– Рад знать, что ты в курсе этого дерьма, – я почти могу представить себе это: Сэм восседает на своем белом кожаном диване в роскошных апартаментах в Атланте, а с ее рта торчит сигарета - или в случае Саманты, рядом лежит фольга и зажигалка - пока моя жена ожидает перевода денег на ее банковский счет. Данная мысль вызывает у меня легкую тошноту, но я ее игнорирую. Сумма, которую я сегодня отправил ей – ничто, по сравнению с тем, что обычно Саманта требует от меня.

Когда сегодня утром она назвала мне цифру, я был шокирован, но быстро убедился, что Сэм серьезна.

– Два платежа, – сказала она. –- Один сейчас, второй в конце этого года. И тогда я покончу с этим.

– Покончишь с чем? – спросил я осторожно.

– С этим. С тобой. Мы закончим все, и я просто притворюсь, словно ты не существуешь. Словно все, что ты сделал, не существует.

Мой желудок и грудная клетка пылали от жара вины, унижения и злости, но я нашел в себе силы ответить.

– Но кто тогда будет платить за твою аренду жилья и другую херню? – мой голос был гораздо жестче, чем мне того хотелось бы, но я не мог ничего с этим поделать. Было странно услышать от Сэм, что она собирается просто притвориться, будто последних нескольких лет не существовало, и это после того количества дерьма, через которое она заставила меня пройти и шантажа, который практически довел меня до края.

– Я буду сама все оплачивать, – наконец-то говорит она, и я едва сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть в ответ. Мы оба знаем, что она спускала деньги в течении часа, после того как они поступали на ее счет.

– Лукас, – ее голос звучит хрипло, возвращая меня в настоящее, в мою машину. – Я позвоню тебе, когда буду готова получить остаток.

Нажимая на газ своей Audi, я вливаюсь в поток машин и делаю глубокий вдох.

– Даже не сомневаюсь, – не уверен, услышала ли она хоть половину моих слов, потому что, когда секунду спустя произношу ее имя, Сэм уже положила трубку.