Наши рты встречаются в последний раз. Пока Лукас нехотя отстраняется от меня, я не могу устоять перед искушением провести кончиком языка по своим губам, пробуя на вкус те места, где он меня касался.

- Иди и оденься, но не принимай душ и оставь волосы распущенными. И даже не думай об самоудовлетворении.

Я разворачиваюсь, чтобы покинуть его кабинет и направиться в свою спальню, но в голову приходит одна мысль. Оглядываясь поверх плеча, я снова обращаюсь к нему, мой голос такой низкий, что я едва его узнаю.

- Почему ты запомнил меня? Ты же трахнул так много других женщин после меня, так почему?

- Потому что ты - та, кого я не трахнул, Сиенна.

Через несколько минут, когда оказываюсь в спальне, сбрасывая одежду и поглядывая на ванную, которую он запретил использовать, я решаю удовлетворить его просьбу.

Прежде чем покинуть свою комнату, я распускаю волосы.

Бар родителей Джессики - небольшой подвал под названием Маяк - заполнен до отказа, к тому моменту как мы с Лукасом приезжаем. Я готова развернуться и вернуться назад в Кадилак, когда крупный вышибала с рыжей бородкой говорит нам, что нужно подождать, но Лукас качает головой.

- Сделай так, чтобы он впустил нас прямо сейчас, - говорит он.

Конечно, ему просто отдавать приказы. Все, что Лукас сделал с того момента, как мы вышли с машины, так это засунул руки в задние карманы джинс и опустил лицо так, чтоб никто его не заметил. Он был прав, говоря, что никто его не узнает. Сейчас он излучает застенчивость - полная противоположность настоящего Лукаса, которого я знаю, и раздражающее сходство со мной.

- Тебе надо сниматься в кино, - шиплю я, продвигаясь к двери, пока тяну его за собой. - Мистер...

Он останавливает меня угрозой, которую несомненно собирается сдержать:

- Скажи это, и клянусь, что в этот раз я отшлепаю тебя теми барабанными палочками.

Перебрасывая свои волосы через одно плечо, я смотрю на него и усмехаюсь.

- Сэр.

- Если бы ты была так же саркастична и невыносимо уверена с каждым встречным, - отмечает он, когда мы подходим ближе к вышибале. Рыжая Борода закатывает глаза и наклоняет подбородок в сторону. Подражая наилучшему самоуверенному выражению Лукаса, я упираю руки в боки. Здесь довольно плохое освещение, так что вышибала не сможет заметить, что мои пальцы нервно потирают плотную ткань черных узких джинс.

- У меня есть персональное приглашение от... – и в этот момент я вижу маленькое тело Джессики, скользящее между людьми на танцполе, и делаю глубокий вдох. К черту все... - Джесс! Эй, сюда! - ору я на пределе мощности своих легких. Несколько проходящих мимо людей разворачиваются ко мне, вопросительно изгибая брови, но главное то, что мой крик срабатывает. Джессика проталкивается через толпу в баре и просовывает голову через дверной проем.

Она возмущенно смотрит на вышибалу.

- Не будь придурком, Ники. Она со мной.

Нехотя Ники ставит печати на наших с Лукасом руках и отходит в сторону, позволяя нам зайти. Я почти хочу послать ему триумфальную улыбку, но эта маленькая победа не стоит того, чтобы испытывать собственную удачу.

Внутри нас окружают сотни фанатов творчества Your Toxic Sequel, их бедра покачиваются, а потные тела скользят друг о друга. Я поднимаю взгляд на Лукаса. Его глаза все еще опущены, но выражение лица говорит о многом. Прямо сейчас он на небесах от того, что все эти люди пришли, чтоб выразить свое восхищение его группой.

Насколько тщеславнее он может стать?

Джессика находит единственный пустой столик в баре и ведет нас к нему.

- Сюда, садитесь, я пойду и принесу вам...

- Мне ничего не нужно, - говорю я, и она посылает мне скептический взгляд. - Я сегодня за рулем.

- Сэм Адамс (Суперкрепкое самое дорогое в мире пиво – прим.пер.), - говорит Лукас неестественно глубоким голосом, так что я тихонько фыркаю.

Джессика усмехается, наклоняя голову и немного нагибаясь, в попытке получше разглядеть его лицо. Когда он еще сильнее наклоняет подбородок к груди, то она сжимает губы и прекращает свои попытки.

- Это не сработает, - предупреждаю я его, и он поднимает на меня взгляд.

- Конечно, нет. Это никогда не срабатывает.