— Потому что я не чувствовала любви к ним вообще… и не имело значения, что они говорили мне или делали.

Глава 3

— Я бы не назвал это неблагодарностью, Оливия, — сказал я мягко. — Травма может иметь абсолютно непредсказуемые последствия для мозга и психики.

Она как-то неуверенно улыбнулась. — Доктор Гринхолф говорит точно также.

— Хорошо. Давайте поиграем в ассоциации. Я называю вам слово, а вы мне первое, что придет в голову.

Она нахмурилась. — Ассоциации? А это, как-то связано, с гипнозом?

— Мы хотим, чтобы при погружении в гипнотический транс вы были спокойны и расслаблены. Важно избегать любых слов, которые могут вызвать негативные и противоречивые реакции от вас. И поскольку, вы не можете рассказать мне о каких-то фобиях, или болезненных воспоминаниях из прошлого, игра в ассоциации — самый простой способ обнаружить ваш нежелательный «спусковой крючок». Имейте в виду, что некоторые слова, которые я буду называть, совершенно не будут связаны с происходящим, так что, советую вам освободить свой разум.

Её глаза блестели. — Всё в порядке.

— Как только мы установим нужные рамки, то сможем открыть следующую дверь и проведем сеанс гипноза.

Она нервно повернула голову в сторону двери. Но я сразу же успокоил её, так же как и всех своих клиентов. — Это звукоизоляционная комната. Все наши сеансы, будут записываться, чтобы защитить как вас, так и меня от любых обвинений в нечистоплотности. Готовы? — я спросил, взяв ручку.

— Думаю да, — вздохнув, ответила она.

Я перевернул страницу в своем блокноте. — Небо.

— Буря, — ответила она.

— Бежать.

— Прочь.

— Картина.

— Дверной проем, — ответила она.

Странный ответ. — Дверной проем, — сказал я, глядя на неё.

— Зазеркалье, — бросил я очередное слово.

— Опасность, — сказала она, не сбиваясь с ритма.

Я почувствовал себя несколько неловко. Её ассоциации, казались несвязанными и бессистемными. Таких ответов я еще не слышал. Она была не совсем обычным пациентом, которые обычно посещали меня. Что-то было не так. Но, было совершенно ясно, что я должен идти дальше, и мое профессиональное любопытство, было сильнее всякого благоразумия.

— Вода, — моя подача.

— Чистая, — она отбила. Это была её первая положительная ассоциация. Я вздохнул с облегчением.

— Земля.

— Грех, — она отклонилась назад.

Вау! Земля и грех! Откуда это взялось? — Собака, — сказал я.

— Рычащая, — её голос постепенно становился мягче и смущеннее. Как будто её собственные неосознанные ответы оказались неожиданными для нее.

— Лестница, — моя ручка зависла в воздухе.

— Падение, — пробормотала она.

Я сохранял спокойное выражение лица, но знал, что нужно быть аккуратным, рекомендуя её кому-либо. Она нуждалась в помощи.

— Деньги, — сказал я тихо.

— Смерть, — прошептала она.

Мои руки замерли, сжав блокнот. Я взглянул вверх. Её ответ слишком напугал её, нижняя губа задрожала. И я почувствовал укол жалости к ней. Леди Оливия, ты ненормальная. И все же, меня тянет к тебе так, как ни к кому другому. Я знал, дальше двигаться нет смысла. Но, оставлять всё, на такой негативной ноте… Мне нужно было как-то разрядить атмосферу, которая сгустилась вокруг нас, словно темное облако.

— Шелк, — сказал я.

— Простыни, — ответила она.

— Хорошо, дело идет, — объявил я и ободряюще улыбнулся. Она наклонилась немного вперёд и посмотрела на меня взглядом из-под полуопущенных ресниц. — Со мной, что-то не так?

— Нет, — уверенно соврал я. Её ответы, открывали передо мной бездонное озеро, с тайнами и сильно пошатнувшимся внутренним миром. Отодвинув в сторону стул, я встал. — Пойдемте в другую комнату.

Я подошел к двери, открыл её и ждал, когда она присоединится ко мне. Как только она подошла ко мне, я отметил про себя две вещи. Во-первых: она оказалась гораздо меньше, чем я предполагал. Во-вторых: неуместность ее духов — девичий, цветочный и сладкий аромат. Она вошла, и остановилась, дожидаясь меня внутри, осматривая помещение — слабый запах лаванды от арома-лампы, мерцающее освещение, антигравитационное кресло для нее, и неподалеку, кресло для меня. Я закрыл дверь и указал ей на её кресло.

— Присаживайтесь.

Она подошла и осторожно устроилась на черной коже.

— Удобно? — спросил я.

— Очень, — ответила она с напряженной улыбкой.