Мошенница, но я думаю, что влюбляюсь в неё. Я недоверчиво посмотрел на неё, правда всей ситуации осенила меня. Я, блять, влюблялся в нее. С каждой нашей встречей всё больше и больше. А сейчас уже по уши.

— Ага, ты их съела, — сказал я медленно, в то время как еще одна моя покатившаяся слеза была снята. Она приподнялась и, приблизившись к моему лицу, лизнула мои щеки. Это действие произвело на моё тело нежелательный эффект. Словно наполовину дрессированный хорек, мой член приподнял свою уродливую головку. Я попытался отойти от нее, но она схватила меня за предплечья обеими руками. Я посмотрел на них: такие маленькие и нежные, а вместе с тем удивительно сильные. Я снова посмотрел ей в глаза.

— Не отталкивай меня, — умоляла она. Я закрыл глаза. Музыка стихла, и густая, тяжелая тишина повисла между нами. Всё то, что я хотел сказать и всё то, что было погребено внутри неё. Она вовсе меня не знала. Я хотел раздавить её в своих объятиях и держать её рядом с собой вечно. Я не хотел, чтобы она покидала меня. Было такое удовольствие от её близости. Чувствовать её дыхание, трогать её нежную кожу, вдыхать чистый аромат её волос. Я стиснул зубы.

— Вам нужно идти. Ваша одежда должно быть уже готова, — слова вываливались из меня: суровые и злые.

Она всё ещё молчала. Затем её руки оторвались от моих. Проигрыватель включился, и заиграла Last Mistake. «Пока ты спала, я пил», ворковал мужской голос.

Я поднялся и посмотрел на неё сверху вниз. Её волосы были мокрыми и прилипли к её голове, нос покраснел, а мой старый халат бесформенно обернулся вокруг неё, но она была самой красивой женщиной в мире.

— Кстати, — вяло сказала она. — Ивана приглашает вас провести выходные в Мальборо Хол. Вы можете взять с собой того, кто вам нравится.

Глава 12

Рыба, даже в рыбацкой сети, все еще несёт запах моря.

Марван Баргути.

Марлоу

Мальборо Хол был построен для того и ради того, чтобы ослеплять. И в этой миссии каждый камень в нём был бесконечно этому предан. В то время как мы проезжали сквозь пару внушительных каменных простенков, увенчанных бронзовой крылатой химерой, он был распластан перед нами, возвышался и взлетал своей огромной массой неотёсанного гранита.

— О, мой Бог. Вы только поглядите! — закричала Берилл, резко обмахивая себя руками. Я остановил «Ягуар», и мы мгновение сидели, глядя на подсвеченное великолепие, которое являлось резиденцией семьи Свонсон последние триста лет.

Я подумал о нём, как о показушной крепости и самом недружелюбном месте, которое когда-либо видел, но когда взглянул на Берилл, то понял, в каком диком восторге она пребывала и была очарована открытой демонстрацией могущества и богатства — как крыса перед атакующим змеем. Всё, о чём я мог тогда думать, что где-то в этой враждебной груде камней бледное растение под названием Оливия борется, чтобы расцвести.

— Ок, я готова, — уже более спокойно произнесла Берилл.

Я завел машину, и мы проехали вниз по широкой, усыпанной гравием дорожке. Прохрустев, остановились рядом со старинным Ролс-Ройсом.

— Разве это не чудесно? — прошептала возбужденно Берилл.

— Это мы ещё посмотрим, — сухо сказал я.

— А что насчет корзины? Мы берём её? — спросила она, имея в виду корзину с лакомствами, которую она заказала в «Фортнум и Мейсон». Она была уверена, что это то место, где богатые люди покупают себе продукты.

— Я уверен, что кто-нибудь придёт и заберёт её вместе с нашими дорожными сумками.

— Конечно, какая я глупая. У них есть слуги, не так ли? Я надеюсь, что не буду выглядеть сегодня полной дурой, обеспокоенно произнесла Берилл.

— Всё будет в порядке. Если ты нервничаешь, просто представляй их сидящими на унитазах.

Берилл от души рассмеялась. — Это очень полезно.

— Идём? — спросил я, взявшись за ручку автомобильной двери.

Она дотронулась до моего рукава. — Прежде чем мы войдем, я просто хочу ещё раз поблагодарить вас за то, что попросили меня поехать с вами.

— Без тебя я бы не выжил, Берилл.

Она сияла от удовольствия.