Вот так мы с Ангелиной проболтали до глубокой ночи. Она не просто отвлекла меня от навязчивых мыслей. Она позаботилась о том, чтобы меньше себя накручивала и составила мне насыщенную программу занятости на несколько дней вперед. Назначила мне встречу с психологом, на которой я ему сдам мини-зачет об осознанных сновидениях. На завтра было занятие в школе, а на послезавтра записала на 2 семинара по внетелесным путешествиям. Помимо этого я числилась ученицей в школе материнства, с лекциями, легкой гимнастикой и практикой пеленания ребенка. Расписала буквально каждый час, своеобразная у нее помощь. На следующий день я моталась как белка в колесе, стараясь не выпадать из плана составленного Ангелиной. А вечером в 7 часов, когда мне необходимо было штудировать очередную книгу, я получила от нее звонок:

- Юль привет. Хочу обрадовать тебя. Тесто подошло чудесно. Поднялось, просто класс. Приготовили отменный пирог. Спасибо тебе за рецепт. Ну очень вкусно! – ага, конспиративное послание:

- А сама хоть не обожглась, доставая его из духовки?

- Ну как всегда, немного повредила руки. Но это мелочи. Я же врач, до свадьбы заживет. – Я с облегчением вздохнула, и ответила:

- Я очень рада. Приятного аппетита

- Да, у меня аврал на работе, я останусь на пару смен. Как у тебя с успехами? План соблюдаешь?

- Да, все задачи выполнила. Книгу читаю.

- Нужное дело, отлично. Не буду мешать. Спокойной ночи.

- И тебе. – и слава богу, что все получилось. Мысленно была рада, что все прошло как надо. Но клюнет ли на эту наживку крысиный помощник? Завтра все будет известно. На ночь проболтала с Наташкой о Торе. Было огромное желание рассказать ей все, но я стойко держалась и надеялась на лучшее.

Завтрашний день старалась не накручивать себя, хоть не скрою, очень переживала за Семена. Насколько все плохо? Было ли это отравление или что-то иное? Любопытство терзало изнутри, и справлялась я с ним отвлекая себе огромным планом своих дел. Семинары оказались весьма интересные, на каждых мы практиковались и узнали много нового о состоянии фазы. В школе материнства познакомилась с двумя очаровательными мамами. С ними после занятий мы посидели в кафе, обсуждая современный материнский быт и наши увлечения. Пришлось даже спеть с ними в караоке, чтобы те поверили в мои невыдающиеся музыкальные способности. К вечеру Наташка не выдержала и забрала меня домой. По той простой причине, что увидела желтую прессу с шокирующей новостью о гибели ее возлюбленного. Отвлечься от этого урагана внутри мы с ней решили проведя вечер в увлекательных настольных играх. С новыми друзьями и инициативой Наташи наши рабочие планы летели к чертям. Надо было конечно предупредить Ангелину о незваных гостях, но по легенде это было не самое удобное время для общения. Да и она мне не звонила и не выпытывала отчета об успехах. Ведь и без нас с сестрой ей хватало уйма забот. Легли спать вместе с сестрой в обнимку, как в давно забытом детстве.

С утра она меня подвезла в школу сновидений и помчала на работу. После занятий в обед я уже не выдержала и набрала Ангелине:

- Привет Ангелина. Удобно говорить?

- Не совсем. Что-то срочное?

- Так, поинтересоваться, когда пирогом угостишь?

- Буду стараться сегодня вечером. Дома в 7 будешь?

- Да, должна.

- Хорошо, не обещаю, но буду стараться. Все, на связи.

В радостном предвкушении вечера я свой очередной день крутилась как белка в колесе. Вчерашняя встреча с сестрой сказалась на моей неуспеваемости. Изо всех сил старалась нагнать старые хвосты, но очередной зачет у психолога, к сожалению, я провалила. А вот в школе сновидений у меня были значительные успехи в практике, за что меня ни раз ставили в пример как самую талантливую ученицу. После занятий в школе материнства домой я плелась как выжатый лимон, хотя понимала, что возможно встречусь с Ангелиной. Захожу я домой, и глазам не верю. Стояла обувь не только Ангелины, но и Семена с Наташей. Помимо улик я слышала их голоса. Я быстро скинула с себя обувь, и побежала в сторону кухни, со словами:

- Ребята вы вернулись?

- Да, рыжик.

- Юленька пришла. – вбежала, увидела Семена в окружении радостных наших сестер, обняла его со слезами сказав:

- Сема, семушка! Ты жив! Боже, как я рада! – он тоже аккуратно обнял, гладя по спине, отвечая: