Я наблюдала за Чейзом, пока он, словно завороженный смотрел, как его палец погружается в меня. Спустя пару секунд он добавил второй палец и начал двигать ими чуть сильнее и ритмичнее. Я едва не кончила, увидев, как Чейз облизнул губы, и, услышав, как он прошептал:

— Больше не могу ждать.

Когда Чейз убрал свои пальцы, поднес их ко рту и начал обсасывать, мое тело завибрировало от предвкушения. А спустя еще мгновение его рот был на мне. Чейз закинул мои ноги себе на плечи и приподнял попку, размещая меня именно так, как ему хотелось. Я застонала, когда Чейз провел языком по моей плоти вверх до самого клитора, а, когда он сжал его губами и сильно всосал, принялась извиваться, пытаясь переместиться, потому что не хотела кончать так быстро.

«Ведь мы едва начали!»

Чейз крепче схватил меня за бедра, удерживая на месте, пока пожирал меня, — другого слова не подберешь, — в собственном темпе. Его язык то оказывался внутри меня, то нажимал на клитор, поэтому мне не оставалось ничего другого, кроме как кончить.

Накрывший меня оргазм был такой интенсивности, что в глазах в буквальном смысле потемнело, а когда зрение чуть прояснилось, я увидела, что Чейз снова стоит на коленях и пытается расстегнуть джинсы. Его член был настолько эрегирован, что выпячивался, растягивая деним и затрудняя раскрытие молнии.

Наконец, Чейз справился с этой задачей, и, когда я увидела его член во всей своей славе, пришла моя очередь облизывать губы.

Накрыв меня своим телом, Чейз уткнулся лицом в мою шею и начал сильно сосать чувствительную кожу за ухом, подражая тому, что только что проделывал с мои клитором.

— Я хочу заранее извиниться, Риз, потому что это будет жестко и быстро, — прошептал он. — Любые мои ограничения летят к чертям, когда дело касается тебя.

— Я тоже этого хочу. Я всегда хотела только тебя. Таким, какой ты есть. Не сдерживайся, сделай это.

Чейзу не нужно было повторять дважды. Направив головку в мой влажный вход, он накрыл мой рот своим и устремился вперед. Целуя меня так, словно я была воздухом, в котором он нуждался, Чейз проник глубоко в меня. Я ощущала, как дрожит его тело, ожидая пока мои внутренние мышцы расслабятся вокруг члена, а потом он начал двигаться. Действительно двигаться, почти полностью выходя из меня и тут же врезаясь обратно. Снова, снова и снова.

Мои ногти впивались в спину Чейза, пока мышцы жадно сжимались вокруг него. Каждый раз выходя из меня, он заставлял меня желать его все больше и больше, пока мое тело не взмолилось о кульминации.

— Черт, Риз! — Чейз чуть откинулся назад, чтобы посмотреть на меня. — Я хочу заклеймить тебя собой. Каждый сантиметр твоего тела, каждую часть. Твой рот, твои грудь, киску, задницу. Я хочу владеть ими. Только я.

Я ощущала себя полностью беспомощной, когда волна экстаза буквально прорвалась сквозь меня. Я помнила, как кричала имя Чейза, пока моя киска пульсировала вокруг его члена, но это больше походило на какой-то внетелесный опыт. Словно через слой ваты я услышала, как Чейз проворчал проклятье, а затем почувствовала, как его тело содрогнулось, когда он достиг собственного финала.

Спустя несколько минут мы лежали полностью насыщенные и удовлетворенные. Моя голова покоилась на груди Чейза, и я вслушивалась в его сердцебиение, а сам Чейз в это время ласкал рукой мои волосы.

— Я очень извиняюсь за то, как вел себя последние несколько недель, — нарушив тишину, сказал он. — Я поступал, как полный мудак.

Положив ладонь на грудь Чейза, я уперлась в нее подбородком и посмотрела на него.

— Точно. Но я тебя прощаю. Конечно, ты еще долго будешь расплачиваться за свое поведение, но мое сердце уже отпустило твои грехи.

Естественно, я шутила, но Чейз ответил абсолютно серьезно.

— Спасибо.

— Значит, — начала я с зевком, — простая старомодная ревность стала тем, что заставило тебя, наконец, прийти в себя? Если бы я знала раньше, то давно бы отправилась с Оуэном на свидание и избавила нас с тобой от головной боли.

— Да, это, безусловно, сыграло свою роль, но было кое-что еще, заставившее меня понять, как много ты для меня значишь.

— Да? И что же?

— Плакат, на котором написано: «Не сосредотачивайся на том, «что будет, если…». Сосредоточься на том, что есть».