Эмили не собиралась больше спорить по этому поводу. Она провела последние несколько дней, пытаясь убедить его, что встреча с Дилланом лицом к лицу, чтобы сообщить ему новости, только ухудшит и без того сумасшедшую ситуацию. Несмотря на то, что она никогда так и не понимала его аргументы полностью, Эмили знала, что должна принять решение Гэвина. Она кивнула, закрывая глаза, когда Гэвин уткнулся лицом в изгиб её шеи. Не сказав ни слова, наблюдала, как он выходит из ванной. Теперь Эмили должна убедить себя в том, что все пройдет хорошо.

– Так я должен это воспринимать как затишье перед бурей?

Гэвин перевел взгляд с мерцающих красным кнопок дисплея лифта на Тревора:

– Что заставило тебя так подумать?

Тревор пожал плечами:

– Ты слишком спокоен. Это пугает меня до чертиков. Никогда не видел тебя таким.

– Я не могу быть расслабленным? – спросив, Гэвин повел бровью. – Это такое новое правило?

– Не таким расслабленным, пижон. – Тревор пробежал рукой по волосам. – Взгляни на себя.

Руки в карманах, вальяжно прислонившись к стене, Гэвин усмехнулся. Нервозность Тревора ему казалась забавной.

– Думаешь, я побью его?

– Думаю, ты собираешься выкинуть с ним один из номеров, да.

– Верно, – усмехнулся Гэвин. – Этот номер называется «Выкуси Диллан, я отец».

Прежде чем Тревор успел моргнуть, двери лифта открылись. С самоуверенной улыбкой Гэвин вышел, глазами сканируя толпу снующих брокеров. Он проигнорировал не только взгляды коллег Диллана, но и его секретаршу. Когда у неё отвисла челюсть, ему стало смешно уже во второй раз меньше чем за две минуты.

– Гэвин! – вскрикнула она, вскочив с кресла. Балансируя на высоченных шпильках, беспорядочно дыша, она приблизилась к нему. – Ты не можешь зайти туда.

Гэвина накрыл рукой её плечо, улыбка смягчила его лицо.

– Привет, Кимберли. Как поживаешь?

– Хорошо, Гэвин, – она вздохнула, заговорив не меньше, чем умоляющим тоном. – Пожалуйста, не делай этого со мной. Мне было велено вызвать копов, если ты когда-нибудь снова здесь появишься.

Теперь наступила очередь Тревора накрыть рукой её плечико:

– Привет, Кимберли. Как поживаешь?

Она закатила глаза:

– Привет, Тревор. Я в порядке.

– Ты не станешь звонить копам из-за Гэвина. – Она снова закатила глаза, и Тревор улыбнулся. – Знаешь, откуда знаю, что ты этого не сделаешь?

Уперев руки в бедра, спросила:

– И откуда ты знаешь, что я не натравлю на Гэвина копов, Тревор?

– Потому что одна птичка из этого офиса принесла на хвосте однажды, что Диллан не только… тебя ублажает в своей постели, он ублажает ещё и Присциллу Гарри из «Шеллэ Инвестментс» на семнадцатом этаже. Она также упомянула, что не так уж ему нравится тот костюм русалки, что ты надеваешь для него, как ты думаешь. – Как только Кимберли сузила глаза, горящие, словно угли, Тревор лениво пожал плечами. – Я ошибусь, если скажу, что ты, возможно, хочешь, чтобы Гэвин зашел в кабинет Диллана прямо сейчас?

Кимберли повернулась к Гэвину и сказала закипавшим голосом:

– У вас пять минут.

– Ни минутой дольше, – ответил Гэвина гладким, как шелк голосом, чувствуя жалось к девочке. Перевел взгляд голубых глаз на Тревора. – Почему бы тебе не занять Кимберли, пока я разбираюсь с делами? Она выглядит так, будто нуждается в утешении.

Тревор кивнул, и Гэвин развернулся, направляясь прямо в кабинет Диллана. Не утруждаясь тем, чтобы взглянуть, где именно находится кретин, Гэвин взялся за ручку и распахнул дверь. Была только одна вещь, которую он сделал так же, как в прошлый раз. Он удостоверился в том, чтобы дверь была заперта.

Да начнется, мать вашу, второй тайм игры.

Диллан, выпучив глаза, вскочил.

Шок и нервозность на его лице заставили Гэвина взорваться хохотом:

– Тормози, тормози! – Гэвин поднял руки в притворной капитуляции. – А ты немного удивлен, как я погляжу.

– Иди на хер, Блейк. Ты не можешь вот так врываться сюда, – крикнул Диллан, язык его тела говорил о том, что он готов к борьбе. – Ты должен был позвонить насчет следующей консультации Эмили у врача. Таким было долбанное соглашение, когда ты оставил сообщение о том, что она не сможет посетить последнее.

Легкое напряжение прошло по нервам Гэвина, когда он подошел ближе к Диллану.