Прошло много времени с моего, нашего последнего раза, но тело понимало, куда оно должно стремиться. Извиваясь, впиваясь в его плечи ногтями, наблюдала за его языком, ласкающим мою грудь, затем, как его рука приближалась и отдалялась от моего тела. Его большой палец гладил в нужном месте внизу бедер. И я взорвалась вспышкой белого света, наслаждение выбросило меня в пустоту, где не было ничего, кроме пульсации и нестерпимого внутреннего жара. Спустившись на землю, я взглянула на Вадима. Его глаза были серьезными и сосредоточенными, а лицо мрачным и напряженным.
- Ты такая красивая, - сказал он хрипло. - Ты невероятно красива.
У меня перехватило дыхание. А потом сердце забилась с удвоенной силой, когда он стал спускаться вниз по телу, положив руки на мои бедра. Я вся напряглась, когда он попытался раздвинуть их.
- Вадим, я... О, Боже мой...
Его язык теплым прикосновением прошелся по сосредоточию моего желания, разбивая на мелкие клочки мою нервную систему. Он поднял голову и взглянул на меня. А потом снова опустился вниз и прикоснулся ко мне.
- Ты убиваешь меня, - сказал он, и его дыхание касалось моего естества. Он прижался ко мне еще сильнее, отросшая щетина слегка щекотала кожу, пока он ласкал меня.
Я закрыла глаза, ощущая, как опять медленно разлетаюсь на кусочки. Он продолжал ласкать меня, обхватывая горячую плоть губами, посасывая, потягивая, проводя по ней языком. Когда я выгнулась на кровати, одной рукой он обхватил меня сзади, другую положил на живот, чтобы удерживать на месте, не позволить отодвинуться прочь от его языка. Я открыла глаза и увидела, как его розовый язык ласкает сосредоточие моих бедер, и это лишило меня последних сил. Наслаждение пронзило меня, но он все равно не остановился. Казалось, не будет конца этой пытке удовольствием.
- Да, - он целовал меня яростно, его язык пульсировал у меня во рту. - Я люблю тебя. А теперь, делай со мной все, что хочешь. О, Боже, как же я люблю тебя.
Вадим грубо перевернул меня в кровати, и, сходя с ума от желания, злости и отчаяния я оседлала его бедра. Лежа на сбитых простынях, раскинув руки и ноги в стороны, словно отдавал всего себя мне, без всяких оговорок, без всяких ограничений.
- Я умираю от желания быть с тобой, в тебе...
Я закрыла глаза, отключила сознание и позволила своему телу действовать по собственному усмотрению. Потянувшись к его бедрам, взяла его плоть в руку и тяжело пустилась вниз. Мы оба вскрикнули, когда я приняла его целиком. Он был огромным внутри моего тела, растягивал меня так сильно, что казалось, вот-вот разорвусь на куски. Мы глубоко и надсадно дышали и не двигались, его бедра были напряжены, пока я пыталась привыкнуть к нему.
- Ты такая тугая. - Вадим хрипло застонал и откинул голову назад, вжимаясь затылком в подушку.