— Значит, увяз-таки наш герой в глубоком декольте! Вот подколодная… И сюда добралась!

— Не говори так. Мне очень плохо.

— А когда жить ее к себе привел, хорошо было?

— Я не знаю… Не соображал ничего. Что мне делать, Марин? — спросил Серега потерянно.

— Ты что, любишь ее, что ли?

— Нет! Нет! Я не знаю, как ее обратно на Украину отправить. Она не работает, живет у меня и только деньги тянет… Угрожает все Наташке рассказать. Требует жениться на ней. Я не знаю, как ее выдворить!

— Так ты не собираешься уходить от Наташки?

— Нет! Я ее как раз люблю…

— Хороша любовь! Ладно, хоть от тебя все это узнала. А то встретила бы — убила.

— Ну Марин…

— Так что ты тянешь? Мужик ты или слюнтяй какой?

— А что делать-то надо?

— Поезжай к ней прямо сейчас. Скажи, что не намерен больше терпеть ее присутствие и любишь Наташку. И билет в один конец на родную Украину не забудь девушке приобрести. Потом помоги собрать чемодан и отвези на вокзал. И проследи, чтобы поезд отправился…

— И все? — вдруг обрадовался Серега. — Так это я сейчас, мигом! Спасибо тебе, кума!

Через несколько часов Серега перезвонил снова. Голос у него был счастливый:

— Ты представляешь, я сделал все, как ты сказала! Она испугалась, начала меня умолять. А я был такой суровый, непреклонный… В общем, собрали ее манатки, а потом я ее на поезд погрузил. И отбыла она в свой Донецк! Я уже и домработницу вызвал, чтобы квартиру в порядок привела. Подарю ее Юльке на день рожденья!

— Вот и молодец. Только смотри больше не вляпайся, пусть тебе это уроком послужит. А то получишь у меня!

— Нет уж, больше ни-ни! Эта стерва столько крови у меня выпила… А денег сколько я на нее извел!..

— Ну поздравляю. И до скорого! Я как раз собиралась к вам заглянуть на днях.

— Марин, слушай… — Серега замялся.

— Чего еще?

— Ты только Наташке не говори ничего, ладно? Я тебя очень прошу… Она беременная — не переживет такого.

— Гусар, ты столько лет со мной общаешься, а все не усвоишь, что я никогда ничего никому не рассказываю! В отличие от некоторых. Успокойся и занимайся своими делами. О Наташке позаботься!

— Да, конечно! Кума, ты такая мудрая! Спасибо тебе! Я тебя люблю!

— Очень тронута!

А через три дня прилетела из-за океана печальная новость: от инфаркта в Нью-Йорке скончался Лев Дмитриевич. Маринке об этом сказала Наташка, которая находилась в состоянии тихого шока. Самое неожиданное заключалось в том, что Соловьев-старший завещал себя похоронить в Липовом, рядом с первой женой… Тело должны были вот-вот привезти, и беременная Наташка совершенно не знала, что делать. Маринка кинулась ей на помощь — бросила все дела и тоже поехала в Липовое. По дороге с поразительной живостью в памяти всплыли воспоминания многолетней давности о том, как она переживала свой первый в жизни тяжелый шок — смерть Димкиной матери… И ее захлестнула прежняя волна горечи и отчаяния.

Когда Маринка добралась на перекладных до Липового, там на месте уже были Наташка с Серегой и хмурый Димка с женой и ребенком. Все, кроме Наташки, посматривали на Маринку косо. Ленка с ней даже не поздоровалась, только взглянула неприязненно из-под насупленных бровей.

— А эта зачем приехала? — спросила Лена громко. Ей не ответили.

— Мариночка, — бросилась ей на шею, обливаясь слезами, Наташка, закутанная в пуховый платок. — Как хорошо, что ты приехала! Мы тут все в ужасе… Кладбище так разрослось, мамину могилу найти не можем. Мы тут не были сколько уже лет… Да еще замело все! Серега договорился на всякий случай насчет другого места. Но папа-то хотел туда, где мама… Его сюда специально привезут!

— Успокойся, Наташенька! Серега, уведи ее в комнату. Пусть отдохнет. Димка, пошли со мной.

— Куда?

— На кладбище, конечно. Будем могилу искать.

— А откуда она-то про могилу знает, если даже никто из вас найти не может? — снова с вызовом спросила Лена.

— Она знает, — пробормотал Димка, краснея.

— Тогда и я пойду с вами! Наташа, отведи ребенка к соседям!