Он спросил её, каким сабмиссивом она была, и она ответила: «Сабмиссивы бывают разных типов? Боюсь, я не понимаю, о чём ты говоришь. Можем мы попробовать несколько вариантов?». Она была самой очаровательной учительницей, которую он когда-либо встречал. Всё ещё была.

— Я не собираюсь это забывать.

Только одно воспоминание о том, как расширились её голубые глаза, когда он впервые её связал, заставило его улыбнуться. Вызвало эрекцию.

— Тогда я тебе нравилась. Я… Что я должна сделать, чтобы снова тебе понравиться?

Боль в ее голосе вспорола его воспоминания, как лезвие плоть.

— Понравиться мне? Кари, я люблю тебя. Как ты можешь…

— Я знаю, что любишь, — слёзы наполнили её глаза. — Но нравлюсь ли я тебе, — она указала жестом на своё тело. — Мне нужно сбросить вес или…

— Блять, — он дёрнул её к себе. — Зачем тебе худеть? Оставайся такой, какая ты есть, черт возьми. С аппетитными формами и мягкая, и… Ты прекрасна. Почему, черт побери, ты говоришь об этом?

— Но ведь ты больше меня не хочешь.

Его член стоял колом, потому она его не заводила?

— Кари, каждый раз, когда мы рядом, у меня стоит, — он потёрся о неё эрекцией. — Мы занимались любовью прошлой ночью.

— Да, — но несчастье не покинуло ее голос. — Так и есть. Просто забудь.

Она определенно не собиралась делиться тем, что ее беспокоило.

О, ей все равно придётся. Будто по щелчку он скользнул в режим Дома, которого избегал, после того как она родила Зейна.

— Не вешай мне лапшу на уши, сладкая. Скажи, в чём проблема. Сейчас же.

Её подбородок всё ещё упирался в его ладонь. Когда он напряг пальцы, чтобы приподнять её лицо, он почувствовал её податливость. Саба до глубины души.

— Я хочу этого. — На его запутанный хмурый взгляд она пояснила: — Я хочу подчиняться тебе. Получать приказы… Почему ты никогда не заставляешь меня…? — она втянула воздух и сказала: — Мы посещаем «Царство теней», только чтобы ты мог побыть смотрителем. Никогда, чтобы поиграть.

Он в недоверии уставился на неё.

— Ты хочешь поиграть. — Нет, больше чем это. — Ты хочешь вернуть тему в наши отношения?

Кари поняла, что ее лицо залилось пунцовым цветом. Но она собрала всю свою храбрость и подавила смущение.

— Да. Да — на оба вопроса.

— Чёрт возьми.

Его мозолистая ладонь ощущалась твёрдой и неуступчивой и заводила её так сильно, что Кари практически дрожала. Не только от прикосновения, но от его жесткости. Властности.

Она сумела подобрать слова:

— Почему ты перестал меня хотеть как сабу?

— Кари… ты забыла? Ты не хотела быть моей сабой. И я тебя не виню, — его челюсть сжалась. — Это именно я паковал твою сумку для наших бондаж-выходных, которые сам и запланировал, и забыл твои противозачаточные таблетки. Ты забеременела до того, как была готова к этому. И эти роды… ты прошла через ад во время них и после. Чистый ад. Как Дом мог настолько облажаться?

— Ты чувствуешь себя виноватым? Из-за того, что я забеременела? — она уже видела ответ на его лице. — Дэн, я достаточно взрослая, чтобы самостоятельно проверять свою сумку для ночёвки. И я не жалею, что появился Зейн. Даже если он появился на несколько лет раньше. Он идеален.

Дэн начал говорить, но Кари подняла руку, останавливая его.

— Дай мне секундочку.

Она расхаживала по комнате, её голова кружилась, будто она выпила один из безумных коктейлей Салли. Чувство вины? У Дэна?

«Думай логически».

Во-первых, Дэн всегда чувствовал ответственность за всё. Возможно, это побочный эффект от потребности в контроле. Если что-то идёт не так, он всегда винит себя. Так что, да, она могла это понять.

И в режиме Дома он был невероятным. Но как нормальный парень, он мог быть полным идиотом, если эмоции заставляли его ходить по кругу.

И, к тому же, это его… «Ты не хотела быть моей сабой». Как же он ошибался. Кари остановилась.

— С чего ты вообще взял, что я не хочу быть твоим сабмиссивом?

— Ты сказала «нет».

— Я не говорила «нет».

Он уставился на нее, будто она сошла с ума.

— Кари, ты сама сказала: «Нет, я не думаю, что захочу играть снова. Никогда». Это звучало предельно ясно. Ты повторила это больше одного раза.

Она нахмурилась, смутно вспоминая. Но в тот период времени… Вот блин.