— Ага. — Он стал аккуратно массировать вдоль моей спины, снимая напряжение.

— Бен, я не хочу лишать тебя свободы. Я просто хочу быть частью твоего мира. Важной.

Он вытянул шею и поднял мой подбородок, чтобы я смогла посмотреть на него.

— Милая, с самого первого дня ты была важной. Единственной девушкой, к которой я возвращался. Не имело значения, как далеко я убегал, я не мог перестать думать о тебе. Такого никогда не происходило с другими женщинами.

— Никогда?

— Нет.

Его пальцы потирали мою шею, расслабляя мышцы. На какое-то время воцарилась тишина.

— Я хочу быть твоим парнем, Лиз.

Я бы не смогла сдержать улыбку, даже если бы попыталась.

— Мне бы хотелось этого.

Он убрал волосы с моего лица, пристально глядя на меня.

— Хорошо.

— Хорошо.

Глава 10

В ту ночь я спала хорошо. Татуированные, бородатые, играющие на басу мужчины легко превосходят отельные подушки с точки зрения комфорта. Мы спали в нижнем белье, потому что не хотели торопиться. Никогда раньше я не проводила целую ночь с мужчиной, независимо от того, был ли он сексуально активным или нет. С Беном я не чувствовала никакой неловкости. Он так хорошо вписался в мою жизнь, как будто так было всегда.

Мои сны были достаточно похотливыми, хотя в этом не было ничего нового. Однако проснуться с головой мужчины между бёдер было довольно драматичным и долгожданным поворотом событий. Горячий, влажный язычок медленно тянулся по моим половым губам, это было чертовски неожиданно. Мои бёдра подались навстречу ему, и я резко распахнула глаза.

— Бен. Что ты делаешь? — ахнула я, мой мозг был всё ещё в спящем режиме.

— Вылизываю киску своей девушки, — сказал он. — Привилегии, помнишь?

Руки раздвинули мои ноги, пальцы погрузились в мои бёдра. Затем он снова начал вылизывать меня. Я стонала и извивалась в попытке вырваться, но не слишком, потому что святое дерьмо. Нирвана.

— Иди ты, — счастливо вздохнула я.

Невозможно передать словами то чувство, когда борода трётся о ваши интимные места. Это тактильное наслаждение. Мягкое, щекочущее и удивительное во всех отношениях. Мои мышцы напряглись, пятки впились в матрас. Я понятия не имела, куда подевались мои трусики. Меня это даже не волновало. Однако я была крайне обеспокоена намерениями своего парня. Его язык пробежал взад-вперёд по моему клитору, затем он начал посасывать мои половые губы. Навыки оральных ласк были вне конкуренции у этого мужчины. Такое внимание к деталям. И этот энтузиазм — мужчина был голоден, а я была его едой. Я подтолкнула свою киску к его лицу, пытаясь получить всё, что он мог мне дать.

Я не могла сдержать эту чистую энергию между моими бёдрами и внизу позвоночника. Великолепное ощущение всё больше нарастало во мне, всецело наполняя меня до кончиков пальцев. Я кончила мощно, выкрикивая его имя. Удовольствие разорвало меня напополам, разум кружил высоко надо мною. Я была всем и ничем. Просто парила в воздухе, ловила кайф.

Но он ещё не закончил.

Он забрался на меня, стягивая свои трусы вниз. Он дёрнул свой твёрдый член один, два, три раза, и горячее семя брызнуло на мою грудь и живот. Его лоб прижался к моему, я почувствовала тёплое дыхание на своих губах.

— Привет, — пробормотала я, всё ещё пытаясь отдышаться.

Он поцеловал меня, его губы накрыли мои, язык нырнул внутрь. Насыщенный привкус наполнил мой рот, тогда как его пальцы поглаживали мой живот, втирая сперму в мою кожу.

— Доброе утро, — прошептал он, всё ещё нависая надо мною на локте. Эти идеальные скулы, влажные изгибы его губ взывали к моим пальцам. Я бы с радостью прикасалась к нему весь день.

— Бен.

— Хм? — Ещё один поцелуй, на этот раз мягче, слаще.

Изнеможённая, я лежала под ним. Так много всего хотелось сказать. Но ключевым словом здесь было «медленно». Невозможно описать то, что он сделал с моим сердцем и разумом. Он наполнил моё сердце до краёв, и это до чёртиков пугало меня.

— Доброе утро.

— Не смей ласкать себя, — приказал он низким, грубым голосом. — Заставлять тебя кончать — теперь моя работа. Если я тебе нужен, позвони. Свяжусь с тобой, как только смогу, хорошо?

— Угу.

Он поцеловал меня ещё раз, моя голова шла кругом.

— Мы продвигаемся достаточно медленно?

— Конечно.