Девушка села напротив меня, совершенно этим не удивив. На лице маска холодной отстранённости. Старается казаться профессионалом. Хорошо, подыграю ей. Позавчера всё вышло даже лучше, чем я предполагал. Я намеренно не давил на Кристу, нечем не выказывал своего интереса к её персоне, а говорил исключительно по делу. До определённого момента. Этакая техника отвлечения. Заставить девушку поверить в собственную безопасность и стремительно атаковать, пока она не готова к обороне.

Видя настороженность Кристы, я понимал, она думает примерно о том же, и потому держится настороже. Это её не спасёт.

Говорить о своей юности мне было не особо приятно. Это были не самые лучшие времена. Нищета, тирания отца. Как и прежде, говорил я медленно и чётко, притом часто и намеренно путаясь в собственных словах, заставляя Кристу уточнять и переспрашивать. Незаметно я пересел на диванчик, где сидела девушка, дабы пояснить непонятные моменты. К этому моменту мне удалось отвлечь её, заставить немного сбавить настороженность. Как только я оказался рядом, то снова ощутил барьер, который она возвела между нами. От неё буквально волнами исходила готовность бороться, дать мне отпор, если понадобится. И снова я говорил, убаюкивая её словами, заставляя расслабиться и забыться.

— То есть, как это: «снижала оценки за то, что вы с Сарой были друзьями»? — нахмурилась девушка, когда я пустился рассказывать ей о школьных буднях.

— А так это, — с совершенно серьёзным лицо произнёс я. — Мисс Фирс была чопорной старой девой, которая за всю свою жизнь, наверное, не познала ни одного мужика. Однако это не мешало ей во всём подряд видеть непристойность и порок. Возможно именно это и сыграло основную роль в её мировоззрении, посылая пошлые мыслишки в её голову. То, что мы с Сарой были буквально неразлучны, для неё подобно красной тряпке для быка. И пусть к тому моменту я уже начал осознавать не совсем дружеские желания в отношении Сары, мы с ней были лишь друзьями.

На последних словах, я намеренно понизил голос, придавая ему интимности. И это сработало. Зрачки Кристы расширились, и она судорожно вздохнула. Воздух заметно наэлектризовался.

— Не совсем дружеские желания? — на автомате переспросила девушка.

— Именно, — прошептал я, наклонившись к ней, вдыхая восхитительный аромат её волос.

Криста замерла, её дыхание участилось. Не давая ей опомниться, на мою удачу, девушка была в юбке, и я, положив ладонь ей на колено, и касаясь кожи лишь кончиками пальцев, начал скользить по бедру вверх.

— Что ты делаешь? — её голос был хриплым шёпотом, который лишь сильнее распалил сжигающее меня пламя вожделения.

— Наглядно показываю какие желания осознавал, — ответил я, пальцами другой руки лаская нежную кожу щеки.

Между нашими лицами оставались считанные сантиметры. Я тонул в серых омутах глаз, на дне которых плескалось вожделение и отчаяние. Даже сейчас, попав в плен страсти, Криста продолжала отчаянно бороться с собой. Увы, в этом я был ей не помощник.

— Адриан… — прошептала она голосом, полном обречённости и смирения с происходящим.

— Криста, — выдохнул я имя любимой, словно молитву.

Мир замер, пронизанный чувственной интимностью воздух потрескивал. Я выпал из реальности погружённый в водоворот собственных ощущений, предвкушая наслаждение неповторимым вкусом губ любимой.

— Криста? — раздался над головой мужской голос, и прекрасный мирок окружающий нас со звоном разбился.

Вздрогнув, девушка мотнула головой и, уперевшись ладонями в мою грудь, отстранилась, а потом и руки убрала, лишая меня ощущения своего тепла. Я стиснул зубы от непонятно откуда накатившего чувства потери.

— Эндрю? — с убивающим меня облегчением произнесла Криста.

Вскинув взгляд, я углядел мужчину-проститутку, одного из тех, на кого не так давно составлял досье. Какого чёрта этот мудак тут забыл? Да ещё так вовремя! Мной овладели раздражение и злость, порождающие желание уничтожить ублюдка прямо здесь и сейчас. Но, к сожалению, этого делать было никак нельзя.

— Извини, я немного опоздал, — промямлило это ничтожество.

Что? Опоздал? Они договорились встретиться или я чего-то не понимаю?