- Я так сильно скучаю по тебе. Я не могу без тебя, Ади. Почему ты не можешь вернуться? Я отдала бы свою жизнь, если бы знала, что это даст тебе еще один день на этой земле. Ты был величайшим человеком, которого я знала, и любила тебя больше всех. Я до сих пор люблю. Все без тебя вокруг по-другому, не поднимает настроение.

Я почувствовала, что рука Джен сжимает мое плечо, и слезы покатились градом, пропитывая влагой место подо мной. Ее поддержка заставила меня почувствовать себя уязвимей, и я просто хотела отпустить все это.

- Вот так, Феникс. Отпусти это, милая. Он слушает, - она опустилась на колени возле меня и, расположив свою голову на моей, губами касаясь затылка, успокаивала меня. - Я ждала этого дня в течение многих лет. Ненормально держать все в себе. Он бы не хотел, чтобы ты несла такую внутреннюю боль.

Она погладила меня по спине, и мы стояли так некоторое время, обе молчали, пока я смотрела вниз, на место, которое Адрик использовал, когда читал мне свои стихи. Ведь так просто представить образ в моей голове. Ветер обдувал его темные волосы, пока он сидел там с этой огромной улыбкой Адрика, которая так ему шла. Та, которая заставляла всех остановиться и вспомнить, за что был благодарен. Та, которая делала так, что ты хотел смотреть на эту улыбку всегда. Он жил, чтобы делать людей счастливыми. У него была улыбка, которая могла осветить мир. У него просто была темная сторона. Темная сторона, которую он никогда не показывал мне. Даже с темнотой он был и до сих пор остается лучшим человеком из всех, кого я знаю. Я хотела бы увидеть его в последний раз. Один шанс, чтобы сказать ему «прощай». Он не дал мне шанса сказать ему, что я его люблю. Если бы могла вернуть его ко мне только раз, я бы больше никогда ни о чем не попросила.

- Я беспокоилась о тебе вчера. Прости, тебе пришлось нелегко. Я просто не знала, как еще справиться с этим на тот момент.

Я наклонила голову и посмотрела в ее заботливые глаза. В ее сердце всегда было только искреннее участие, и я люблю ее за это. Она самый лучший друг, о котором я могла мечтать.

- Я знаю, - прошептала я. - Тебе не нужно ничего говорить, Джен. Твои инстинкты мамочки всегда были твоей лучшей частью, и я знаю, у тебя на сердце только искренняя забота.

Я села, позволяя ей занять место рядом со мной на качелях. Мы обе выглядывали из-за перил и смотрели вверх на небо, на большие красивые облака. Мы обе провели много времени на этих качелях. Всякий раз, когда Джен оставалась на ночь, а Адрик был занят с Келланом, мы с ней сидели снаружи часами, проводя время в наших знаменитых девчачьих разговорах. Эти качели хранят так много секретов, которыми все делились друг с другом. Если бы у качелей были губы, мы все были бы в глубоком дерьме.

- Ты знаешь, я никогда не думала, что буду в состоянии пережить эти дни один за другим. Это убивало меня в течение многих лет, оставляя меня эмоциональной калекой, которая не в состоянии ничего сделать, кроме как ползать в постели в течение двух дней, не реагируя. Несколько лет я даже напивалась в хлам, чтобы заглушить боль на некоторое время. Вчера, когда я уехала с Келланом, - я остановилась, чтобы сглотнуть и наклонить голову, чтобы посмотреть на Джен. Она оглянулась, ожидая, чтобы я продолжила. - Мы пошли на кладбище, и это был прекрасный опыт. Мы смеялись, плакали и говорили о старых воспоминаниях, и я чувствовала себя более живой, чем за все эти годы. Он - это единственная причина, почему я здесь сегодня, вместо того, чтобы свернуться калачиком в постели. Он заставил меня понять, что, отталкивая воспоминания о брате, я убиваю то, что от него осталось. Почему я не видела этого раньше, Джен? Что со мной не так? Адрику было бы стыдно.

Она слабо улыбнулась и провела рукой по панели над собой.