Самойлов поставил вино и быстро приблизился, полотенце, в которое Настя, казалось, вцепилась, смог сдёрнуть с первого раза и теперь стало действительно страшно, он надёжно обхватил её, цепкие пальцы больно впивались в тело. Они прижались к стене, Самойлов впивался губами в шею и грудь, языком раздвигал губы и целовал так, что становилось дурно. Настю тошнило от привкуса коньяка на своих губах и колотило. Руки безнадёжно упирались в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но не выдерживали напора и сгибались. От бессилия хотелось взвыть, но и это толком не получалось. В панике Настя глазами искала, чем можно Самойлова успокоить, но была не в самом выгодном положении, поэтому ни до чего не дотянулась. Когда оказались на кровати, рука машинально схватила что-то тяжёлое со столика, через секунду он был уже без сознания.

 Настя столкнула его с себя и стала судорожно одеваться, схватила то, что валялось на кресле, и босая выбежала их комнаты. Сердце бешено колотилось, перед глазами всё расплывается, в висках пульсирует кровь. Первая мысль, которая посетила голову, была просто шокирующая – она могла его убить. Где сейчас Стас она и понятия не имела, но вдруг вспомнила, что Наташа заходила в комнату напротив и дрожащими руками попыталась туда постучать. То, что получилось, на стук было похоже слабо, Настя, скорее, скребла ногтями по двери. Она пребывала в такой панике, что и подумать не могла, что Наташа сейчас могла быть не одна, хотя это очевидно.

 -- Наташа… -- Дрожащим голосом прошептала Настя, стоя под дверями. Каждую секунду она ждала, что Самойлов придёт в себя и снова затащит её на кровать, и тогда точно уж не станет церемониться.

 В панике оглядывалась на свою комнату, теребила короткие волосы, дрожала и иногда всхлипывала, а когда дверь, наконец, распахнулась, затаила дыхание. Открыла её не Наташа – это был Егор, он стоял в штанах, то ли спортивных, то ли элемент пижамы, но было ясно, что под этими штанами больше ничего нет. Сказать, что Настя в ту секунду оторопела – это значит не сказать ничего. Она просто впала в ступор, ни слова не могла проронить, только губы тряслись и глаза казались бешеными от испуга. Егор тоже молчал, внимательно смотрел и не торопился что-то спрашивать. Он стоял в дверях и был просто огромным. Настя со своим метр шестьдесят и пятьюдесятью килограммами веса, казалась рядом с ним  ребёнком, этакой «Дюймовочкой». А плюс ко всему, сейчас она была обезоружена (высокий каблук придавал не только уверенности, но и позволял чувствовать себя на равных). Егор внимательно окинул её взглядом, остановился на груди, которая предательски вырисовывалась из-под майки, а после взгляд опустился к босым ногам и он всё-таки заговорил.

 -- Наташа в душе. Что-то случилось? – Он был абсолютно равнодушен, хотя то, что что-то случилось, не могло не бросаться в глаза. Он ещё и издевается!

 -- Там Самойлов… я не знаю, что с ним… -- Едва дыша, промолвила Настя и дрожащей рукой указала на дверь неподалёку, и теперь захотелось броситься к нему на грудь и заплакать, но равнодушие Егора, а после упоминания Самойлова, даже некое призрение, остановило от таких действий.

 Он отодвинул дрожащую девушку в сторону и без лишних разговоров направился в комнату, шёл быстро и уверенно. Настя успела оценить его широкую спину, аккуратно стриженый затылок, а он, словно почувствовав пристальный взгляд, отмахнулся от него, как от назойливой мухи. Когда Егор вошёл в комнату и увидел лежащего на полу Самойлова, даже как-то расслабился, ухмыльнулся и неодобрительно покачал головой. Снова взглянул на Настю, почему-то по-прежнему строго.

 -- Чем била-то? – Он вновь хмыкнул, явно не ждал ответа на этот вопрос. – Выйди и дверь закрой. – Приказным тоном проговорил Егор и склонился над другом.

 -- Он живой?..

 -- Живой, живой. Ты слышала, что я сказал? Иди к Наташе и посиди у неё. Я сейчас приду.

 Спорить было бесполезно, и Настя вышла, правда остановилась сразу за дверью, скорее, чтобы убедиться, что Самойлов жив, но слышно было хорошо, и она не ушла, даже когда тот очнулся.

 -- Ну, как ты? – Глухим басом интересовался Егор.

 -- Сука… -- Еле слышно простонал тот в ответ.