Наверно он был уверен в том, что Настя не уйдёт, и она не ушла, но и поцеловать не решилась. Просто сидела и понимала, как же он прав, чувствовала его взгляд, его напряжение. Сама себя возненавидела за эту пассивность: и почему она не может остаться с этим мужчиной, просто оттого, что так хочется, что так правильно. Смирно сидела, боясь пошевелиться и принять какое-нибудь решение, боялась, что он прочтёт её мысли, хотя это и так видно. Стас мучений её совести наблюдать больше не мог: со злостью вышел из машины и открыл перед ней дверь. Настя покорно вышла.
-- Я ему честное слово дала, понимаешь?
Что это? Оправдания? Кому они сейчас нужны?.. Но сказать это было нужно.
-- Я не хочу тебя слушать.
Стас громко хлопнул дверью, когда Настя посторонилась, внимательно наблюдал за ней, после чего рывком прижал к машине и поцеловал так, что просто дух перехватило, причём у обоих. Целовал жадно, страстно, уверенно, обеими руками обхватив лицо и не давая возможности усомниться в правильности своих действий. Он чувствовал, как бьётся её сердце, точнее говоря оно колотилось внутри. Он прижался лбом к её волосам, тяжело вздохнул, а потом заставил выровняться и немного подтолкнул к дороге, которая вела на крыльцо общежития.
-- Если ты не хочешь об этом думать – не думай. Завтра я позвоню тебе. И я хочу, чтобы ты улыбалась. И ты будешь рядом со мной, потому что я так решил… а ты не хочешь мне возразить…
-- Я не знаю, что тебе ответить…
-- Просто улыбнись.
Улыбаться не хотелось, хотелось плакать. Настя медленно направилась к старому зданию, чувствовала, что Стас за ней наблюдает, но обернуться не решилась. Он взглядом провёл её до дверей и лишь тогда уехал, а она шла и понимала, как тошно ей самой от этой нерешительности. Она не в силах бороться, она этого не хочет. В голову вернулась мысль о том «толчке», который должен заставить её шевелиться. Было горько оттого, что Стас прав и оттого, что он знает о своей правоте, а она не хочет ничего изменить, ей почему-то кажется, что Сергею важно знать, что она его ждёт. И почему вообще она сейчас думает о Сергее, он здесь вообще не причём. Всё дело в ней самой.