Пока решался вопрос с поручителем и внесением залога, прошло полтора часа. Получив назад свой мобильный телефон и бумажник, я вышел из здания суда графства Санта-Роза более или менее свободным человеком. Арендованную мной машину отправили на принудительную стоянку в город Гуернвиль, находящийся в тридцати милях от городка Гуалала. Я стоял перед зданием суда, не зная, как поступить — взять такси и ехать в Гуернвиль или арендовать новую машину здесь, в Санта-Розе.

Но прежде всего следовало сделать то, что мне делать совершенно не хотелось, — позвонить родителям, поблагодарить за помощь и сказать, что со мной всё в порядке. Я набрал нужный номер и, услышав автоответчик, ощутил огромное облегчение.

* * *

Вместо того, чтобы ехать на побережье, я подошёл к справочному окну суда, и весьма дружелюбная женщина направила меня по нужному адресу. Через десять минут я уже сидел за компьютером и внимательно изучал интересующий меня участок береговой линии. Площадь принадлежащего фирме «Секвойя солюшн» владения составляла пятьсот двадцать один акр, а протяжённость береговой полосы — без малого милю. Один большой квадрат и несколько маленьких обозначали главное здание и флигели. Я обратил внимание, что все дома располагались довольно далеко от океана.

Принадлежащий «Морскому ранчо» огромный кусок земли примыкал к северной границе владений Мертца. А к югу от него, от моря до скоростной дороги, территория была разбита на сравнительно небольшие участки, принадлежавшие самым разным людям.

Я поинтересовался у женщины-клерка, есть ли в городе магазин, торгующий туристическими принадлежностями, и она рекомендовала мне торговые ряды неподалёку от города. После этого я попросил её вызвать мне такси.

Водитель ждал, пока я делал покупки. Через восемь минут я вышел из магазина с альпинистскими ботинками, рюкзаком, курткой из грубой шерсти и работающим на пяти батарейках фонарём. Фонарь был тяжёлым, и, как мне сказал однажды опытный коп, полиция любит эти фонари, поскольку они действуют эффективнее обычных полицейских дубинок. Я вспомнил его слова, поскольку у меня больше не было револьвера.

Водитель такси сказал мне, где можно арендовать машину, и уже через двадцать минут я сидел за рулём серебристого «БМВ».

Между Санта-Розой и Гуалалой было всего семьдесят миль, но дорога изобиловала подъёмами, спусками, резкими поворотами и соответственно ограничивающими скорость знаками. Путь, несмотря на то, что я постоянно превышал скорость, занял у меня более двух часов. Сначала я хотел вернуться в «Брейкерс-инн», чтобы прихватить свой чемодан и особенно ноутбук. Но уже в пути передумал и заехал в «Морское ранчо», чтобы арендовать на короткий срок помещение.

Блондинка за столом, не замечая моего нетерпения, упорно предлагала мне различные варианты, хотя я сразу согласился занять кондоминиум на южной границе «Ранчо».

— Нет, нет, — отказывался я. — «Лилейная хижина» мне идеально подходит.

— Она обойдётся вам в триста двадцать пять долларов за ночь. Минимальный срок — две ночи. Вообще-то, — она постучала по клавиатуре компьютера, — «Хижина» с понедельника зарезервирована, поэтому я могу предоставить её лишь…

— Две ночи — как раз то, что мне надо.

Я расплатился по карточке «Виза», и блондинка снабдила меня подробной картой территории, наклейкой на машину, программой развлекательных мероприятий и лишь в последнюю очередь — ключами.

* * *

В пять двадцать я поставил машину за домом и на минуту заскочил в здание. Но и этого времени мне хватило, чтобы взять из поставленной для гостей корзины пару бутылок воды и два упакованных в целлофан бисквита. Затем я сложил воду, бисквиты, бумажник, фонарь, сотовый телефон и шерстяную куртку в рюкзак. В последний момент, порывшись в ящиках кухонного шкафа и обнаружив там пачку герметичных пластиковых пакетов, сунул в один из них бумажник, а в другой — телефон. Немного поколебавшись, я прихватил и кухонный нож.

После этого я направился к берегу, граничившему с владениями Люка Мертца. По пути я обогнал какую-то седовласую парочку. И он, и она находились в такой отличной физической форме, что выглядели лет на девятнадцать. У женщины была прекрасная улыбка. Они помахали мне рукой и продолжили прогулку.