Намек на покушение был слишком явным, чтобы его не заметить. Да и в голосе Осокина прозвучали снисходительно-осуждающие нотки. Однако Старков предпочел не акцентировать на этом внимание:

— И в чем же состоит ваш способ?

— Не так давно у Нестерова появился новый референт. Обычная женщина из небольшого городка. Я выбрал ее из сотен претенденток. И это оказалась именно та женщина, которую Нестеров любит многие годы. Хотя встречались они всего раз в жизни. Это единственная женщина, которую он любил в своей жизни. Он называет ее ни больше ни меньше как «богиней». И вот эта богиня появляется в компании в качестве его референта. Такая вот потрясающая случайность. — Осокин сделал акцент на слове «случайность». При этом едва заметно улыбнулся.

«Никакой игры он не ведет. По крайней мере с нами, — вдруг понял Старков. — Просто хочет использовать нас, чтобы взять реванш. Всю жизнь оставался в тени „друга“, завидует его самостоятельности, удачливости. Смертельно ненавидит его и будет управлять им, как кукловод марионеткой. С удовольствием. Наслаждаясь полученной властью. В наших интересах! И в своих, конечно, но главное, что — в наших! А когда пойдут английские инвестиции, проект наберет ход и обратного хода для инвесторов не будет, согласится с тем, чтобы убрать Нестерова. Может, еще и сам первый это предложит. Ну что ж, пусть использует нас. А мы его. Как это у них в бизнесе называется? Взаимовыгодное сотрудничество?»

— Случайность просто удивительная! — согласился Старков. — И главное, случилась для нас очень вовремя. Так вы думаете, с помощью этой женщины мы сможем воздействовать на Нестерова?

— Уверен в этом.

— Как ее, кстати, зовут?

— Анна.

— И эта Анна уже знает о том, что ей предстоит делать?

— Пока нет. Но скоро узнает.

Старков на секунду задумался:

— Не буду спрашивать, с чего вы взяли, что она согласится нам помогать. Этот вопрос вы наверняка продумали.

Он налил водки из графинчика, принесенного официантом. Сначала себе, потом Осокину. Взял свою рюмку:

— Ну что ж, в общих чертах все ясно. Прежде чем обсуждать подробности, предлагаю первый тост: за сотрудничество! — Кивнул на осокинскую рюмку, кривовато улыбнулся. — Что сидишь, как на похоронах? Бери, Олег, не стесняйся!

Глава 18

Темно-зеленый «седан» мягко шуршал шинами по гравию подмосковной дороги. За окнами мелькали умытые недавним дождем деревья, невысокие дачные домики с верандами и мансардами, раскидистые яблони и аккуратные ряды грядок. Откуда ни возьмись на дорогу выскочила лохматая собака и помчалась, хлопая ушами, рядом с машиной.

— Ну куда ты лезешь, а? — досадливо поморщился Виктор Васильевич. — Жить тебе, дворняга, надоело?

Покачал головой, усмехнулся, полуобернулся к Анне:

— Да, Анна Николаевна, тут не Лондон, правда? С десяток километров от города — и все: куры, утки, коровы, псины бешеные.

Анна рассеянно кивнула в ответ и снова откинулась на спинку сиденья, полуприкрыв глаза. Ей думалось о чем угодно, только не о Лондоне. О том, что нужно будет купить фрукты и соки, о том, что пирожки лучше испечь с повидлом, о том, что Наташенька больше всего любит грушевое, о том, что прямо сейчас, не заезжая домой, нужно будет отправиться с ней в «Детский мир» и набрать там всякой всячины — всего, что дочка пожелает: кукол, мягких зайцев, паззлов, книжек. Лондон! Нет, Лондон она вспоминала тоже.