— Извините, молодой человек, — перебили Олега, — вы что-то напутали.

В трубке раздались гудки.

Осокин в сердцах швырнул телефон на пол машины. И вдруг увидел, что сзади едут несколько рефрижераторов.

Наташка сидела, съежившись, на переднем сиденье, и полными ужаса глазами смотрела на страшного дядю, который плакал, бил кулаками по рулю и кричал какие-то непонятные слова.

Бандитский джип ехал впереди рефрижераторов. За рулем сидел Павел. Рядом — Анна. Сзади — Володя и Сергей Иванович.

— Вон он! Вон он, сволочь, — произнес Павел. Расстояние между ними и Осокиным сокращалось. И вдруг Володя приподнялся. Подался вперед, перегибаясь через переднее сиденье и пристально глядя на «мерседес», который они преследовали. Прошептал:

— Это она. Та машина, которая нас с Юркой с моста скинула.

— Да брось ты, — не поверил Сергей Иванович. — Этого ж быть не может!

— Она. Точно она!

Осокинский «мерседес» загнали, как зверя, окружив огромными рефрижераторами.

Тот выбрался из машины с девочкой на руках, не отрывая пистолета от ее виска.

Возле него, полукругом, собрались водители. Чуть впереди стояли Павел и Анна.

Зубы Осокина громко стучали друг о друга. Руки ходили буквально ходуном.

— Не подходи! Убью — не подходи! — вопил он.

— Выстрелишь — разорву, — медленно произнес Павел.

Осокин опустился на колени. Поставил девочку на землю, отшвырнул пистолет и завыл, обхватив голову руками.

Наташка бросилась к Анне. Но на ее пути вдруг появился мужчина. Тот самый, который сидел вместе с ней в подвале. Он подхватил девочку и прижал к небритому лицу.

Кривая улыбка исказила лицо Осокина:

— Забирай свое сокровище!

Павел остановил водителей, готовых броситься на Осокина:

— Не трогайте его. Пусть идет.

В его голосе звучала брезгливость. Опомнившаяся Наташка начала громко плакать.

— Все хорошо, все хорошо, моя девочка, — снова и снова успокаивала ее Анна, покрывая поцелуями мокрое от слез личико. — Все хорошо. Все хорошо.

Павел обнимал двух самых дорогих для него во всем мире женщин и в этот момент чувствовал себя самым счастливым человеком на земле.

Воспользовавшись этим, Осокин попятился к опушке рощи вдоль дороги. Он бежал вперед не разбирая дороги. Преследователи молча наблюдали за ним.

Глава 32

Олег бежал, прорываясь сквозь густые заросли. Пистолет он выбросил еще на опушке. Все его лицо было покрыто царапинами, похожими на сеть. Одежда, новый светлый костюм, стоивший кучу денег, был безжалостно порван колючими ветками и залеплен паутиной. Он бежал, не понимая, куда бежит и где будет финал этого марафона.