Эмоции поглощали меня, я ожидал, повлияют ли его мысли или эмоции на мое состояние. День за днем я надеялся, что он очнется. Мои сенсорные ощущения растягивались, ища любую боль или страдание — если я мог чувствовать его, то он был достаточно бодр, чтобы излучать свои чувства.

Однако, как и вчера, я не чувствовал ничего, кроме пустоты

Вздохнув, я пригладил его непослушные волосы.

— Ты поправишься. Вот увидишь. Ты никуда не уйдешь, Кес. Я этого не допущу.

ГЛАВА 13

Нила

Маленькой игрой Даниеля оказались крестики-нолики.

Вот только победителей не было ни при каких обстоятельствах.

Сначала я отказывалась играть, но скоро он научил меня, что вариантов нет. Жасмин ничего не могла поделать. Она была зрителем, а я — пешкой для развлечения.

Бонни называла это ночью семьи.

Вечер проходил в игорном зале, где была предпринята попытка получить Третий долг. Они беззаботно играли в «Скраббл», «Монополию» и карты.

Кат самодовольно улыбался всякий раз, когда я вздрагивала от воспоминаний о той ночи, разглядывая стены и ковер в шахматную клетку.

Кестрел был таким добрым и благородным. Джетро — раздосадован и обижен.

Жасмин изо всех сил старалась держать меня в неприкосновенности, но в ту ночь Дэниелю дали полную свободу действий. Его правила: сыграть в игру, которую он хотел, или же подчиниться поцелую.

И не просто поцелую. А неприятному влажному хлюпу с его языком, ныряющим и вызывающим рвотный рефлекс, и руками, лапающими мою грудь.

После второго поцелуя я перестала бунтовать и начала играть.

Кат лишь рассмеялся.

Бонни кивнула, как львица, обучающая своего детеныша играть с едой.

Что-то глубоко внутри треснуло. Моя душа разлетелась на куски в попытке защитить остатки моей силы и выносливости.

Мои воспоминания, мое счастье, моя страсть… все медленно иссякало по мере того, как я пила их яд.

Это произошло. Они победили. Я была так близка к тому, чтобы уступить.

Они хотели, чтобы я подчинилась, играя в эту тупую игру? Хорошо.

Они победили.

***

Неизвестный номер: Ты здесь? Я хочу поговорить с тобой.

С тех пор, как мы начали переписываться на прошлой неделе, он спрашивал уже в седьмой раз.

Сколько дней прошло с тех пор? Четыре? Пять? Я потеряла счет времени.

Каждое утро было новым испытанием, чтобы сломить меня. Два дня назад Кат дал мне ведро ледяной воды и велел скрести крыльцо Хоксриджа, пока снежинки украшают воздух. Вчера Бонни вызвала меня к себе, заставив снять мерки и сшить ей новое платье.

Я предпочитала драить крыльцо, а не шить этой ведьме платье, пользуясь теми навыками, которые она принижала.

Они делали и другие вещи.

Мое сердце наполнилось гневом и яростью — желанной после стольких слабостей и горя.

Нет! Не думай об этом.

Я отказывалась запятнать ими свой разум, когда, наконец, обрела минутный покой. Я бы не стала омрачать это драгоценное время с Джетро воспоминаниями о его демонической семье.

Стиснув зубы, я ответила:

Ниточка и Иголочка: Это небезопасно. Любой может меня услышать. Только переписка… так проще.

Отправив сообщение, я вздохнула.

Легче солгать тебе, чтобы ты не знал, насколько все плохо.

Неизвестный номер: Чушь собачья! Я позвоню тебе прямо сейчас. Если ты не возьмешь трубку, я попрошу Жасмин притащить тебе телефон, чтобы ты больше не могла от меня прятаться.

Дерьмо!

Сидя неподвижно на своих подушках, я подпрыгнула, когда телефон зажужжал от входящего вызова.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Как я могла с ним разговаривать? Как могла притворяться, что я все та же женщина, когда превратилась в кого-то, кого не узнала? Как могла говорить спокойно и лгать сквозь зубы?

Я всегда была ужасной лгуньей.

Телефон подпрыгнул и заплясал в моей руке. Вибрация повторяла то, что я и так знала: лгу-нья, лгу-нья.

У тебя нет выбора.

Проведя рукой по спутанным волосам, я нажала «принять». Глубоко вздохнув, поднесла телефон к уху.

— Алло?

— Черт. — Ругательство, прошептавшее себе путь в мое сердце, согревало меня, пробуждая счастье, которое я забыла, как чувствовать. — Нила… слава богу, ты взяла трубку.

Он.

Мой друг. Моя родственная душа.

Почему я боялась говорить с ним? Почему ждала так долго?

Свернувшись в клубок, я вздохнула:

— Джетро…

— Черт, я скучаю по тебе.

Мои глаза закрылись, борясь с нахлынувшей печалью.

— Я тоже по тебе скучаю.

Так невероятно сильно.