— Достал меня офис, — он стягивает галстук, забрасывает его на заднее сиденье. — Эти бумажки, проблемы, склоки, дрязги… бабы! Хочу посмотреть хоть на что-то приятное. На банку глушителя. Или на задний редуктор. Или на картер. Там все просто и понятно.

— И чтоб масло или тосол в лицо капали?

— Угу, — совершенно не к месту мечтательно.

— Пиджак снимай, — усмехается Гребенников. — Я там тебе в багажнике спецуху приготовил. На твой размерчик. Не в костюме же тебе в яму лезть.

— Хоть ты меня, Валерий Павлович, понимаешь… — вздыхает Гриша.

— Да как не понять, — невозмутимо отвечает водитель. — Бабы и бумаги кого хочешь до цугундера доведут.

__________________

Новость "Батька приехал" стремительным колобком прокатилась по сервису. И к тому моменту, когда Григорий, сменивший пиджак на спецовку, вошел в здание автомастерской, его уже встречали.

— Григорий Сергеевич! Вот сюрприз так сюрприз!

— Здравствуй, Леонид.

— Мое почтение! Не побрезгуйте локоть пожать, а то руки в масле…

— А ты все сам, как я погляжу, — Григорий хлопает по плечу старшего механика. — Леня, когда смену себе будешь готовить? Сколько раз тебе говорить — учи молодежь, передавай опыт. А то ручкой мне сделаешь — и с кем я останусь?

— Не бойтесь, Григорий Сергеевич, — смеется Леонид. — Куда я денусь от вас? Пойдемте лучше, штуку одну интересную покажу. Только шагайте тут аккуратнее, а то туфли испачкаете. Здесь у нас не офис.

____________________

— Первый раз такой вижу…

— Во! А я тебе о чем говорю, Сергеич! Вот же японцы хитромудрые. Погоди, я сейчас откручу вот тут…

— Угу…

— Ты не угукай, а под руку мне не вставай!

— Так не видно же ничего.

— Пока нечего смотреть, — автомеханик споро орудует ключом на пятнадцать. — А вот если у меня рука сорвется… то ты пары зубов не досчитаешься.

Григорий усмехается и делает пару шагов назад.

— Смейся, смейся… — Леонид до автоматизма отработанными движениями откручивает гайку. — А был такой случай на прошлой неделе…

Григорий уже не усмехается — просто смеется. Как же здесь хорошо. Эта мастерская — его личный антидепрессант.

___________________

— Ну, давай же ты, пошевеливайся!

У Люси начинается дергаться висок. Все сегодня не так, с самого утра.

— Ну что вы кричите на ребенка, — не выдерживает она. — Лучше помогите. Вы же знаете, что у него крупная моторика… хромает.

— У него все хромает! Что теперь, всю жизнь его раздевать!

Нет, вот она так и не научилась на такое спокойно смотреть. Или день сегодня такой, что она все излишне остро воспринимает?

— Давайте, я помогу…

— Нет, пусть сам!

— Мне некогда ждать, когда он сам! — она не выдерживает и повышает голос. — Вы у меня не одни, — и уже гораздо более мягким тоном: — Тимофей, подойди ко мне, я помогу тебе раздеться.

Пятилетний мальчик, очень маленький и худой для своих лет послушно подходит к ней, стоит, как кукла, пока Люся быстро и уверенно освобождает его от верхней одежды под раздраженное сопение матери.

Да, и такие тоже бывают. К сожалению даже, таких большинство. Таких вот, как эта густо накрашенная молодая мамаша. Грим, а иначе и не скажешь, у нее хватило времени нанести. А вот пеленку на массажный стол она забыла!

Люся работает молча, разговаривать с этой… нет никакого желания. Но тишина длится недолго — у мамы Тимофея звонит телефон. И, слушая разговор, Люся начинает постепенно закипать. Ну как можно в таких выражениях о собственном ребенке говорить?! Вот зарекалась неоднократно — "Не судите и не судимы будете". Но ведь ребенок не виноват, что он такой! Как же можно о ребенке так?! Он же понимает все, большой уже! Прекращает работу.

— Выйдите, пожалуйста.

— Что?! — ярко-красные накрашенные губы даже приоткрываются от удивления.

— Вы мешаете мне работать. Выйдите в коридор, поговорите по телефону, потом можете вернуться.

— Я перезвоню, — бросает женщина в трубку.

Дальше снова все происходит в молчании. Мать демонстративно бросает на Людмилу недовольные взгляды, Люся же сосредоточенно работает, иногда улыбаюсь своему пациенту.

— Считаете, что вы лучше всех? — неожиданно зло спрашивает женщина. — Думаете, это просто?!

— Я так не считаю, — отвечает Люся ровно.

— У вас есть свои дети?