— Ну, раз обещала, значит сходим, — сказала я, от своих слов не отказываюсь.

— Тогда я заеду сегодня в восемь, — даже не спросил, а просто поставил перед фактом.

— Сегодня? Но…

— Пожалуйста, — перебил он меня, смотря на меня жалостливыми глазами.

— Ладно, буду готова, — согласилась я, тяжело, вздыхая.

Через несколько минут после ухода Стаса, пришла Машка. Ну, я же попросила их оставить одну. Она сидела, молча, минут пять, а потом предложила.

— Пойдем, погуляем?

— Нервишки полечим? — спросила я.

— А? — не поняла меня подруга.

— Шопинг, Маша, шопинг! — проговорила я.

— Ты хочешь? — спросила подруга, выделяя местоимение.

— Хочу, — закивала я головой так, что она опять начала кружиться.

Мне надо было проветриться. А покупки лечат нервы, наверно, всем девушкам.

* * *

Через час мы уже ходили по магазинам. Я рассказала, что иду сегодня ужинать со Стасом. Подруга удивилась.

— Он тебе нравится? — осторожно спросила, всегда деликатная подруга.

— Не знаю, — честно ответила я. Ведь если задуматься, я никогда, не обращала внимания на окружающих парней. Я вполне комфортно чувствовала себя одна, наверно…. а Стас, я даже не знаю, нравится он мне или нет.

— Как не знаешь? — удивилась Машка.

— Маш, ты видишь, что со мной сейчас творится? Я чувствую, что меняюсь. Я понимаю, что прошлое уходит, давая место новым возможностям, но… но я боюсь этих возможностей. Мне становится страшно, если прошлое решит повториться. Для меня это будет слишком, — говорила я взахлеб.

— Ладно, не будем. А, — спохватилась подруга, — как насчет Дениса?

— А что Денис? — не поняла я.

— Ну, он к тебе ведь тоже не ровно дышит. Он знает твою истории… Думаю, что он не сможет так же. Ведь он давно тебя люб… — под моим строгим взглядом подруга поправилась. — Ты ему нравишься.

— И на его счет тоже ничего сказать не могу. Давай лучше купим что-нибудь.

На счет Королева думать еще тяжелее. Я знаю его давно. Он постоянно с Максом общается. Приходил к нам почти каждый день, но никогда я не замечала за собой больших симпатий к нему. Хотя может потому, что уже была влюблена и никого и ничего не замечала вокруг себя? Так, я вообще-то не думать сюда пришла!

Предметом своего набега мы выбрали самый большой торговый центр нашего города. 'Пирамида', именно так он и назывался, находился в центре города, имел семь этажей, и каждый этаж имел просто гигантские площади. Здесь легко можно заблудиться, что в принципе большинство приезжих и маленьких детей именно это и делали. Само здание было выполнено из высококачественного стекла, и, гуляя по магазинам сверху можно увидеть большую парковку и небольшую площадку с лавками, статуями и фонтанчиками.

Первый магазин с одеждой нам попался только после того, как мы прошли большой книжный магазинам, сувенирную лавку и магазин с различными дисками.

— 'Каролина', новый, наверно, — проговорила задумчиво подруга, глядя на нежно- фиолетовую вывеску. — Зайдем?

— Давай, — пожала я плечами.

Выкатились мы оттуда только через час. Мы успели перемерить все: джинсы, платья, блузы и топы. Продавцы нам приветливо, улыбались, а сами, наверно, мечтали, что б мы ушли побыстрей. И теперь имея по два пакета в руках, мы направились сводить с ума продавцов других отделов.

— Мне кажется, что нас тут надолго запомнят, — хохотала Маша, когда мы покинули уже пятый по счету магазин.

— Ну и что? Это их работа. Ну, я же не виновата, что продавщица в последнем магазине полная дура.

Мы так умотались, что зайдя, сказали, что бы нам, что-нибудь предложили. Ведь не мне, не Машке уже не хотелось лазить по полкам и стойкам. Со словами: 'у нас есть, кое-что для вас' продавец удалилась. А когда принесла это 'кое-что', мы чуть обморок не упали. Почему? Да потому, что в этом даже на панель выйти стыдно (простите за выражение).

— Осталось только в обувной? — спросила я, отпивая глоток горячего шоколада, в кафе под названием 'Dolche Latte', в который мы зашли отдохнуть.

— Ага, — ответила Станина, засовывая в рот ложечку с клубничным мороженым. Я вот мороженое как то не очень люблю. — Слушай, я мобильник у тебя забыла. Дай телефон, я Димке позвоню, он наверно волнуется.