Продолжая смотреть ей в глаза, Маркус потянулся к кромке ее платья и поднял юбки выше колен. Потом, очень нежно, он провел рукой по затянутой в чулок икре и поднялся к обнаженной коже бедра.

Арабелла замерла, и Маркус снова прильнул к ее губам.

– Просто расслабьтесь, любимая, и позвольте мне доставить вам удовольствие, – прошептал граф, обжигая дыханием нежную шею, в то время как его руки поднимали юбки еще выше.

Маркус просил невозможного: когда он раздвинул бедра Арабеллы коленом, надавив на чувствительную сущность ее тела, лихорадочное пламя поразило все ее чувства.

Граф упивался бешеным пульсом молодой леди, лаская языком ее уязвимую шею. Его рука скользнула между бедер и нашла влажную плоть. Когда Арабелла всхлипнула от нескромного прикосновения, Маркус снова стал то медленно, лениво, то властно целовать ее, заставляя дрожать всем телом. Одновременно с этим его пальцы ласкали Арабеллу внизу, разглаживая теплые лепестки ее женственности, играя со спрятанным в них бутончиком.

Уже совсем задыхаясь, Арабелла рванулась к Маркусу и схватила его за плечи. Ее тело изнывало от жара, стремилось навстречу ласкающей руке. А Маркус продолжал свои деликатные манипуляции, раздвигая пальцем нежные складочки, прижимая ладонью обнаженную женскую сердцевину. Когда Арабелла тяжело задышала, граф с жадностью набросился на ее губы, словно дорожил каждым вздохом, который она ему отдавала.

Она действительно отдавалась, сквозь чувственный туман осознала Арабелла, не понимая, почему так долго сопротивлялась.

Ее сердце наполнилось отчаянием, когда лорд Данверс внезапно перестал ее целовать. Но Арабелла тут же вздрогнула, увидев, что он переключил внимание на низ ее живота. Опустив темную голову, граф коснулся губами внутренней стороны бедра и начал подниматься выше, повторяя недавний маршрут пальцев, покрывая нежную кожу жгучими поцелуями.

Арабелла была шокирована, когда лорд Данверс еще выше поднял юбки, оголяя все ее женские секреты. Еще более молодая леди изумилась, когда теплое дыхание Маркуса увлажнило золотистые завитки, покрывавшие место, где соединялись ее бедра. Разгадав намерения графа, Арабелла забилась в лихорадочной дрожи. Он собирался поцеловать ее там!

От легкого прикосновения языка к чувствительной плоти Арабелла дернулась, приподняв бедра над одеялом.

– Тише, – прошептал Маркус, опуская руки, чтобы удержать ее.

Его язык ласкал, исследуя ее складочки. Потом Маркус обхватил губами набухший бутончик, а средним пальцем проник глубоко в тело.

Ощущение было непередаваемым – твердый палец Маркуса внутри ее плоти, горячие губы, колдующие над самым уязвимым местом.

Арабелла хрипло застонала, глаза ее были закрыты, голова беспомощно металась по одеялу. Ей было невыносимо жарко, ее переполняло напряжение, радость и предвкушение.

Конвульсивно сжимая руки, Арабелла схватила Маркуса за плечи, держась изо всех сил, словно умоляя не прерывать лихорадочного наслаждения, кружившего ее в вихре желания и плотской жажды. Она отчаянно нуждалась в чем-то, чего не могла даже представить. Эта невыносимая потребность будто схватила ее когтями и разрывала на части.

Маркус, однако, и не собирался давать ей передышку. Когда с губ Арабеллы сорвался глухой молящий стон, рокот, раздавшийся в глубине его горла, засвидетельствовал одобрение. Лорд Данверс продолжал ласкать Арабеллу, возбуждая, дразня и мучая, пока девушке не стало казаться, что она вот-вот погибнет от дикого наслаждения, которое в ней разжигали.

А потом ее чувства внезапно взорвались. Арабелла вскрикнула. Реальность разбилась на тысячи чувственных осколков, и весь мир погрузился в пульсирующую бездну огня.

Лишь где-то на задворках затуманенного сознания ощущалось течение времени. Даже когда сердце замедлило сумасшедший ритм, Арабелла продолжала лежать не шевелясь. Все ее тело было восхитительно слабым от блаженства, подаренного ей Маркусом.

Когда Арабелла пришла наконец в себя, то обнаружила, что граф лежит рядом с ней на одеяле и с нежностью за ней наблюдает.

– Теперь вы поняли, от чего отказывались?

Да, она очень отчетливо это поняла. Происшедшее потрясло Арабеллу до глубины души. Буря эмоций и ощущений ошеломила ее.