– Девериллу тоже будет полезно появиться в вашем обществе – это покажет всем, что вы не верите в его причастность к убийству проститутки. – Изабелла повернулась к гостю: – Недавно здесь тоже произошли убийства: несколько местных контрабандистов были найдены с перерезанным горлом, весь их товар был украден. На самом деле это были простые рыбаки, пытавшиеся пополнить свой скудный доход продажей некоторых товаров тем, кто хотел избежать заоблачных налогов. Конечно, контрабанда незаконна, но все равно они не заслужили смерти за такое ничтожное преступление. Вы приехали очень кстати, и я надеюсь на вашу помощь в этом деле. Мой родственник по мужу, сэр Криспин Кенард, является местным судьей, и если вы не возражаете, я попрошу его зайти к вам, чтобы обсудить это дело.

– Рад буду оказаться полезным.

– Тогда пока идите и предоставьте мне позаботиться об Антонии.

– Что ж, оставляю вас в надежных руках, принцесса, и надеюсь, что вы не угодите снова в какую-нибудь неприятность. – Поклонившись обеим дамам, Деверилл вышел, однако Антония нагнала его в коридоре.

Обернувшись, Деверилл удивленно посмотрел на нее:

– Что случилось, дорогая?

– Я хочу вам помогать, Деверилл, иначе просто сойду с ума от неизвестности. Позвольте, я напишу Финеасу Корану и объясню, в каком неприятном положении вы оказались, – он имеет обширные связи в судах и может повлиять на ваше дело. В любом случае Финеас обязан следить за моим наследством, пока мне не исполнится двадцать пять лет или пока я не выйду замуж, поэтому он вряд ли откажется оказать мне любезность. – Деверилл ненадолго задумался.

– Не думаю, что имеет смысл втягивать в это дело вашего поверенного. Чем меньше людей знают о Хьюарде, тем лучше. Любое неосторожное слово может спугнуть его, и тогда он приложит все усилия, чтобы избежать возмездия.

– Но Финеас – мой крестный отец! Ручаюсь жизнью, что он будет соблюдать осторожность. Кстати, он поможет вам натравить Транта и Хьюарда друг на друга, как вы и задумали. Прошу вас, не лишайте меня шанса сыграть хотя бы небольшую роль в изобличении убийцы. Я чувствую себя виноватой за то, что вы попали в такую неприятность, и никогда не прощу себе, если вы пострадаете только за то, что защищали меня.

– Ну так и быть, – неохотно согласился Деверилл. – Я тоже напишу Кокрану и отправлю письма с капитаном Ллойдом, который завтра утром отплывает в Лондон.

– Значит, вечером я снова увижу вас? – Антония радостно улыбнулась.

– Лучше уж я пришлю за письмом слугу. – Не в силах сдержаться, он коснулся ее щеки, но мгновенно отдернул руку, почувствовав ожог от этого легкого прикосновения. – Думаю, так как мы не помолвлены, мне следует держать руки подальше от вас.

И все же Трей почувствовал некоторое удовлетворение, когда, уходя, заметил, что Антония смотрит ему вслед с выражением грусти в голубых глазах, очень похожим на разочарование.

Глава 11

Местное дворянство радушно приняло Антонию, так как появление лондонской наследницы в их тихом уголке явилось чрезвычайным событием.

Леди Изабелла пригласила из Фалмута модистку, которая могла быстро сшить платье для бала и несколько вечерних нарядов, а когда через два дня из Лондона прибыла мисс Тоттл с сундуком, набитым одеждой, Антония и вовсе вошла в роль путешествующей дебютантки.

Она несказанно обрадовалась своей компаньонке не только потому, что у Милдред было приятное лицо, но и потому, что ее привычное взбалмошное поведение теперь, после тревожных событий последней недели, воспринималось как совершенно нормальное.

Разумеется, Антония не стала делиться подозрениями относительно вероломства жениха, хотя мисс Тоттл не понимала, почему она покинула Лондон в разгар сезона. В результате ей пришлось поверить словам Антонии о необходимости посетить больную подругу. К счастью, родственница графини, леди Клара Кенард, которая последние дни донашивала ребенка и стала ужасно толстой, охотно согласилась стать участницей этого обмана.

Нужно признать, что грандиозные планы Изабеллы помогли отвлечь Антонию от постоянно беспокоивших ее мыслей, однако она так и не смогла забыть ни печальную причину своего пребывания в Корнуолле, ни воспоминания о внезапной страсти, которую только что познала.