Получив столь решительный отпор, Трей недовольно поморщился. Возражать Антонии больше не имело смысла. Нужно найти другой способ убедить ее разорвать помолвку с Хьюардом. С этого момента ему придется искать любую возможность доказать ей, насколько несносно скучным покажется уважаемый барон женщине с пылкой натурой.

– Можете не провожать меня домой, – сказала Антония, когда они покинули парк.

– Боюсь, это мой долг, – спокойно заметил Трей.

«Ага, теперь он претендует называться джентльменом!» – подумала Антония, переходя от недовольства к злости. Всю обратную дорогу она молчала, ругая себя за чрезмерную откровенность с этим человеком. Впредь она твердо решила обращаться с Девериллом с холодной вежливостью и очень обрадовалась, когда они наконец подъехали к Мейтленд-Хаусу.

Не обращая внимания на грума, Деверилл спрыгнул с лошади и подошел к ней. Антония напряглась, поняв, что он собирается помочь ей.

– Вы боитесь меня, принцесса? – насмешливо спросил Трей, заметив ее колебания.

Это был еще один вызов, однако Антония не смогла удержаться и тут же попалась на удочку.

– Нисколько. – Она вздернула подбородок. – Просто я не верю, что ваши манеры претерпели волшебное превращение за последние десять минут.

– Я могу быть вежливым, когда мне это выгодно, – важно произнес Деверилл. – Идите-ка сюда.

Осторожно вытянув руки, Антония положила их ему на широкие плечи, и Деверилл, взяв за талию, спустил ее на землю.

Только коснувшись ногами земли, Антония поняла, что была права, не доверяя ему. Несколько секунд он стоял вызывающе близко к ней, обжигая ее своим телом. Сквозь все слои разделявшей их одежды она почувствовала, что Деверилл состоит из каменных мускулов и упругой силы. Дрожь возбуждения пробежала по ее нервам, и она застыла, досадуя на такую бурную реакцию своего тела. Ощущения, возникшие у нее в груди, животе и паху, были такими же сладостными, болезненно неудовлетворенными, как те, что мучили ее во сне. Теперь она не могла бы сдвинуться с места, даже если бы от этого зависела ее жизнь.

Деверилл протянул руку и необыкновенно интимным движением заправил ей за ухо выбившуюся прядь волос.

– До следующей встречи, – сказал он с мягкой улыбкой, от которой ямочки у него на щеках стали еще глубже.

– Следующей встречи не будет.

– О, непременно будет. – Его улыбка стала наглой и самоуверенной!

«Господи, он точно опасен». Антония с трудом нашла в себе силы отступить назад, затем, резко повернувшись, бросилась вверх по ступенькам, ища спасения в спокойствии своего дома. Однако она абсолютно точно знала, что не будет в полной безопасности, даже если Деверилл окажется на расстоянии ста миль от нее.

Глава 3

После столь волнующей верховой прогулки с Девериллом Антония особенно обрадовалась лорду Хьюарду, который позже в тот же день пришел проводить ее в библиотеку. Идя рядом с красавцем бароном, она не могла не сравнивать двух мужчин и свою реакцию на них.

В отличие от Деверилла Джеймс Хьюард из кожи вон лез, пытаясь очаровать ее. Тем не менее Хьюард никогда не пробуждал в ней ни капли того запретного желания, которое наполняло все ее непристойные мечты о Деверилле. И все же реальная жизнь не имеет ничего общего с мечтами, напомнила себе Антония, а влечение и страсть вовсе не обязательны для счастливого брака. Кроме того, Хьюард обладал главным преимуществом перед всеми ее кавалерами: он мог продолжить дело ее отца. На протяжении трех десятилетий «Мейтленд шиппинг» строила самые быстрые, самые надежные корабли в мире и будет делать это впредь под руководством лорда Хьюарда, за что Антония заранее была ему благодарна.

Дождавшись возвращения в Мейтленд-Хаус и расположившись в гостиной, куда был подан чай, Антония как могла осторожно стала расспрашивать жениха, что ему известно.

– Так именно об этом вы говорили с Девериллом прошлым вечером на балу? – Прищурившись, Хьюард пристально посмотрел на нее.

– Нет, я встретила его сегодня утром во время верховой прогулки в парке, – схитрила Антония.

– Дорогая, вам вообще не следует общаться с подобными людьми. Этот тип ведет себя не совсем подобающим образом, и одно то, что он вчера вечером подошел к вам, уже скверно.