– Как ты могла? – воскликнула она охрипшим голосом. – Как ты могла предать меня?

Диана недоуменно нахмурилась:

– Извини, не поняла.

Возбужденный Джон Йейтс, хромая, появился в студии сразу вслед за Эми, задыхающийся, с багровым лицом, как будто бежал с ней наперегонки.

– Мисс Лансфорд, вы не должны обвинять вашу кузину.

Нахмурившись, вперед выступил Торн:

– Обвинять? В чем?

– Да, в чем? – эхом откликнулась Диана. – Может, Эми, ты лучше присядешь и все объяснишь?

– Не желаю рассиживаться! – закричала она. Ее глаза наполнились слезами. – Ты разбила мне жизнь!

Диана осторожно положила палитру с кистями.

– Если это так, тогда прошу прощения. Но по правде, моя дорогая, я не понимаю, как я предала тебя?

– Ты наняла эту шлюху, чтобы настроить Реджи против меня. И не вздумай отпираться!

Краска раскаяния залила лицо Дианы. Они и в самом Деле наняли Кити, чтобы та соблазнила Реджинальда Нили и увела его у Эми. Значит, каким-то образом Эми удалось узнать об их тайне?

– Прошу вас, присядьте, мисс Лансфорд, – настаивал Йейтс.

Взяв Эми за локоть, он попытался подтолкнуть ее к камину, где стояли кресла. Но Эми выдернула руку и уставилась на Диану. Подбородок задрожал, и слезы полились ручьем.

– Поверить не могу, что ты способна на такое вероломство.

Торн стиснул зубы.

– Будь повежливее, когда обращаешься к кузине, негодная девчонка. Диана не виновата в том, что твой воздыхатель дезертировал.

Но Эми уже закусила удила.

– Почему ты так ненавидишь меня, Диана? Почему? Потому что хочешь видеть меня такой же несчастной, как ты сама?

В смятении Диана рванулась к кузине:

– Дорогая, ты же знаешь, что это не так. Я совсем не хочу, чтобы ты была несчастной. Расскажи, что случилось?

Резким движением рукой в перчатке Эми вытерла слезы.

– Мы сейчас ходили по магазинам на Бонд-стрит, мистер Йейтс любезно сопровождал меня. И кого я там увидела? Реджи, который обнимался с этой потаскухой прямо на улице! Мой поклонник, который клялся любить меня всю жизнь! Я хотела высказать ему все, что думаю, но не успела, он укатил в своей коляске. Тогда я налетела на эту… личность, на Кити. Пригрозила ей, что заявлю на Бау-стрит, что она воровка, если не оставит Реджи в покое. На это она сказала, что ее специально наняли и заплатили большие деньги, чтобы она увела Реджи у меня! Это могла сделать только ты, Диана!

– Нет, это не она, – вмешался Торн. – Это я нанял Кити. Как твой опекун, я выполнил свой долг, чтобы защитить тебя от развратника, которого интересовало только твое наследство.

– Так это были вы? – Эми в ярости смотрела на Торна. – Значит, это вы тот самый дьявол, который разбил мою жизнь.

– Сомневаюсь, что все так серьезно, – ровно возразил Торн. – Если ты потрудишься спокойно, без излишней нервозности рассмотреть ситуацию, тогда поймешь, что если бы Нили по-настоящему любил тебя, тогда никто не в силах был бы его соблазнить и увести.

Эми отшатнулась, как будто Торн ударил ее наотмашь. Несколько мгновений она смотрела ему в глаза, сраженная его прямотой. Не выдержав его взгляда, она безразлично посмотрела ему за спину, где прислоненный к стенке стоял портрет Торна.

Затем, внезапно закрыв лицо руками, Эми разразилась слезами и бросилась вон из студии.

Джон Йейтс смотрел на Диану виновато и умоляюще.

– Это все уязвленная гордость. Она не любит этого афериста. Я постараюсь успокоить ее, мисс Шеридан, и объяснить, что вы с Торном желаете ей только хорошего. Она поймет, когда немного остынет.

Коротко поклонившись, он повернулся и заторопился вслед за Эми.

Диана тоже сделала шаг в ту же сторону, как будто собираясь побежать за кузиной, но Торн остановил ее.

– Я предлагаю подождать несколько дней. Пусть буря уляжется. Йейтс прав. Эми нужно время, чтобы прийти в себя.

– Наверное, ты прав, – нерешительно произнесла Диана и приложила руку к разболевшейся голове. – Но было бы намного проще, если бы Эми ничего не узнала про Кити. Как бы хотелось уберечь ее от всего этого.