– Наверное, вы болели в тот раз, когда я приезжал в Лансфорд-Холл.

Вот это была ложь, и она не собиралась поддерживать ее.

– Я не была больна, – ответила Диана с преувеличенной любезностью. – Дядя просто не пожелал показывать меня вам. Ваша репутация обгоняла вас.

Брови Торна поползли вверх.

– Как мило, вы, оказывается, осуждаете меня за случай на пляже. Я никогда бы не позволил себе поцеловать вас, если бы вы так пристально не разглядывали меня.

Отпивавшая в это время сок из своего стакана, Диана поперхнулась. Закашлявшись, она прикрыла рот рукой и метнула на Торна потемневший взгляд.

Виконт все так же вежливо и совершенно невинно смотрел на нее. Только искорки в глазах говорили, что он рассчитывал нарушить ее равновесие.

Чтобы сохранить самообладание, Диане пришлось сбавить тон.

– Не сомневаюсь, вам нравится провоцировать людей.

– Да. – Он не стал оправдываться. – Я прекрасно осведомлен о границах пристойного поведения. И ничуть не жалею о том, что поцеловал вас. Но сумел бы удержаться, знай, кто вы. Я абсолютно серьезно утверждаю, что веду себя в соответствии с джентльменским кодексом чести.

Диана склонялась к тому, чтобы поверить Торну на слово, хотя не сомневалась, что у него имелись свои собственные представления о чести.

– Чтобы избежать скандала, если вы остановитесь у меня, – продолжил он, – я намерен нанять какую-нибудь пожилую компаньонку на то время, пока вы будете находиться здесь. Две молодые незамужние дамы в доме холостяка, пользующегося дурной славой, сразу дадут пищу слухам. А я не желаю никакого скандала, связанного с именем моей подопечной. – Затем без паузы он сменил тему: – Итак, расскажите мне про прилипалу, который преследует Эми.

– Не уверена, что его так можно назвать, – откликнулась Диана. – Больше всего он похож на охотника за приданым. Это Реджинальд Нили. Вы его знаете?

Она увидела, как Торн нахмурился.

– Мы едва знакомы. Он что-то вроде игрока с вечно пустыми карманами.

Диана кивнула.

– У мистера Нили есть дальние родственники в Дербишире, и в первый раз он появился там на Рождество. Совершенно определенно, чтобы скрыться от кредиторов. Я не знала, что он начал обхаживать Эми, и им довольно долго удавалось держать свои встречи в тайне. Вне всякого сомнения, Эми знала, как я на это отреагирую. – Диана поморщилась от воспоминаний. – Мне, конечно, нужно было бы разобраться во всем быстрее, но к тому времени, когда я раскрыла их хитрость, было уже поздно. Эми уверила себя, что влюблена.

Торн поморщился так же, как и Диана.

– Я подумала, что необходимо немедленно увезти Эми от него, – продолжила она. – Нужно было бы привезти ее в Лондон, но вы куда-то исчезли. А так как сезон не начнется раньше середины апреля, пришлось приехать с ней сюда.

– Но вы планируете выпустить ее в свет этой весной?

– Она уже пропустила свой выход в прошлом году из-за траура по Натаниелю. Так что дело не во времени. Я рассчитываю, что выход в свет поможет ей избавиться от своих фантазий и обратить чувства на кого-нибудь более подходящего. Надеюсь, она найдет мужа, который полюбит ее за то, какая она есть, а не за ее деньги. Если она полюбит ровню или хотя бы выйдет замуж за человека, который будет заботиться о ней и защищать ее, тогда она перестанет быть мишенью для охотников за приданым. Или для соблазнителей. – Говоря последние слова, Диана пристально смотрела на Торна.

Тот проигнорировал ее насмешку и сразу перешел к делу:

– Что вы, собственно, хотите от меня?

– Уговорите свою тетку Хеннесси, чтобы она оказала ей покровительство.

– Сами вы не можете оказать ей такую поддержку?

Диана покачала головой. У нее не только не было никакого положения в обществе, более того, на ней до сих пор лежала тень того скандала. И ее подмоченная репутация свела бы на нет шансы Эми на достойную партию.

– У меня нет ни влияния, ни связей, какие есть у вашей тетки. Вы сами тоже не лучший вариант, чтобы вывести ее на люди. Уже достаточно разговоров насчет уместности вашего опекунства.

– Совершеннейшая правда, – согласился Торн.