– Я знаю, что вы хотите оставаться совершенно независимой от любого мужчины. – Хит улыбнулся. – Но все же подумайте о бедной собаке. Ей в Кенте будет гораздо лучше, чем здесь. Вы же сами сказали, что Лондон – не самое подходящее место.

– Наверное, вы правы, – кивнула Лили. – И у вас там, конечно же, целая армия слуг, так что они смогут присмотреть за ней.

– Да, разумеется. Ей будет там хорошо – я об этом позабочусь.

Лили испытующе посмотрела на маркиза.

– И вы готовы утруждать себя ради собаки?

– Нет, ради вас, дорогая, раз уж вы так за нее беспокоитесь. Так вы согласны?

– Что ж, хорошо, милорд, – кивнула Лили. – Мы с этой бедняжкой очень ценим вашу доброту. – Она погладила собаку, потом пробормотала: – Но нам нужно будет придумать ей подходящее имя, не так ли?

– Как насчет Фортуны? – спросил Хит. – Такое имя подходит?

Лили нахмурилась.

– Почему Фортуна? Мне кажется, ей не очень-то везло в жизни.

– Раньше так и было, но теперь ей чрезвычайно повезло, потому что вы пришли ей на помощь.

– И вы тоже, милорд. Хорошо, пусть будет Фортуна, – сказала Лили, одарив маркиза чарующей улыбкой.

Когда они подъехали к пансиону, к ним тотчас же подошел ждавший их грум, и Хит сказал:

– Дорогая, вы можете отдать Фортуну моему слуге. Он отнесет ее в конюшню, чтобы ее вымыли, перевязали и накормили.

Но Лили решительно покачала головой:

– Нет-нет, милорд. Она может испугаться незнакомого человека. Может, вы позаботитесь о ней сами? А я с радостью расскажу нашим судьям о вашем великодушии, И вы сможете заработать в нашей игре очко или даже два, – добавила она, убирая с лица вуаль.

Хит невольно усмехнулся. Разумеется, он предпочел бы передать животное своему слуге, но невозможно было отказать Лили. Протянув руки к собаке, маркиз пробормотал:

– Иди сюда, малышка. Похоже, ты поедешь домой со мной.

Собака лизнула его пальцы, затем вскарабкалась ему на колени и тут же улеглась.

Лили посмотрела на маркиза с веселой улыбкой.

– А вы ей нравитесь, милорд.

– Так обычно и бывает с животными, – ответил Хит. – И с женщинами происходит то же самое.

Лили нахмурилась, но тут же снова улыбнулась:

– Большое вам спасибо, милорд. Примите мою искреннюю благодарность.

Хит посмотрел ей в глаза и вдруг почувствовал, что ему ужасно хочется поцеловать ее. И в тот же миг на него снова нахлынуло желание. «Нет, не думай об этом, – сказал он себе. – Сейчас не время для этого… К тому же тебе надо позаботиться о собаке».

Заставив себя улыбнуться, Хит проговорил:

– Дорогая, если вы не возражаете, я к вам еще сегодня заеду. Ведь мы должны подсчитать очки за этот раунд игры. Вы об этом не забыли?

Лили насторожилась, однако кивнула:

– Хорошо, милорд. Если вы зайдете сегодня в три часа, я позабочусь о том, чтобы наши судьи были на месте. И мы с вами все обсудим.

– Вот и замечательно, – отозвался Хит. – Значит, в три.

Тут Лили наконец-то спешилась и, протянув руку, погладила Фортуну по голове. Затем, ослепительно улыбнувшись маркизу, резко развернулась и, взбежав по ступенькам, исчезла за дверью. Грум тотчас же взял под уздцы лошадь девушки, а Хит, погладив собаку, пробормотал:

– Думаю, ты понимаешь, девочка, как тебе повезло. Ты уже заслужила внимание своей новой хозяйки, и я очень надеюсь, что мне тоже это удастся.

Собака снова лизнула его ладонь, и Хит, криво усмехнувшись, кивнул своему груму и отъехал от пансиона Фанни. Маркиз твердо решил: пройдет совсем немного времени, и он добьется своего – Лили непременно окажется в его постели.

Лили старалась не думать о стычке с жестокими юнцами, но ей то и дело вспоминался лорд Клейборн, вспоминалось, с какой легкостью он расправился с негодяями. «Ах, как хорошо, что он оказался рядом со мной, – говорила себе Лили. – И, конечно же, ему можно верить – он действительно позаботится о собаке».

А вот самой себе Лили не очень-то доверяла; теперь, после верховой прогулки с лордом Клейборном, она вдруг поняла, что этот человек нравится ей все больше, и она уже начала сомневаться в том, что сумеет противостоять его обаянию и мужской привлекательности.

Ей ведь действительно нравилось общество маркиза – он был очень приятным собеседником, очаровательным и остроумным. Он заставлял ее смеяться, заставлял думать; более того, рядом с ним она чувствовала себя в полной безопасности.