– Ну да, убедить, после того как она едва не погибла, – уничтожающе парировал Райдер. – Серьезно сомневаюсь, что таким способом можно завоевать женское сердце.

– Теперь я это понимаю. Но клянусь жизнью, это был единственный случай. Я не имею ничего общего с предыдущими покушениями, в которых вы меня обвинили. – Гиллфорд поморщился и озабоченно спросил: – И много было этих покушений?

Если он и притворялся, уличить его было невозможно. Поэтому Райдер решил объяснить подробно:

– Немало. Два месяца назад в нее кто-то стрелял из зарослей здесь, в Хейден-Парке. Потом этот неизвестный поставил на тропе волчий капкан и едва не изувечил леди Хейден. Три недели назад в Лондоне ее толкнули на мостовую перед запряженными в груженую телегу тяжеловесами. На следующей неделе в ее утренней комнате взорвалась лампа. А вчера в развалинах кто-то обрушил часть стены. Под обломками едва не погибли Ив и леди Килинг. И вот сегодня – гвоздь под седлом. Может, даже у вас хватит ума сообразить, кого следует считать подозреваемым, милорд? – едко заключил Райдер.

Гиллфорд, казалось, искренне ужаснулся:

– Господи Боже, неудивительно, что вы пришли в ярость! Но клянусь честью, я никогда бы не причинил ей зла сознательно. Никогда!

Райдер решил, что он либо лучший актер во всем королевстве, либо действительно понятия не имел о покушениях.

– Скажем так: пока вам верю, – сказал он после недолгого колебания. – Кто еще мог это сделать?

– Откуда же мне знать?!

– Хорошенько подумайте. Вы прекрасно знаете Ив, будучи ее многолетним соседом.

– Но недостаточно хорошо, чтобы предположить, кто может до такой степени ее ненавидеть. Все окружающие восхищаются ею и высоко ценят.

– Что вы знаете о выбывшем управляющем Тобиасе Миде? – спросил Райдер. – Мог он настолько обозлиться, чтобы начать мстить бывшей хозяйке?

Гиллфорд сосредоточенно свел брови.

– Думаю, что мог. Он рвал и метал, узнав об увольнении. Мало того, просил у меня работы, но я не хотел рисковать, зная, до какого состояния он довел земли Хейдена. Но почему вы не допросите его, как допрашиваете меня? – с неожиданной жесткостью осведомился виконт. – Ведь именно Мид скорее всего и есть тот злодей.

– Обязательно допрошу. Как только его найдут.

– Вы все можете узнать у Хитченса, – сообщил Гиллфорд – Он, должно быть, осведомлен о намерениях Мида.

– Нед Хитченс? Тот лакей, который обличил вас сегодня?

Лицо виконта исказила злобная гримаса.

– Хитченс – крестник жены управляющего. Разве вы не слышали об этом?

Сердце Райдера упало: уж очень странным казалось такое совпадение.

– Нет, я впервые об этом слышу. Откуда вам это известно, Гиллфорд?

– По-моему, упоминал Мид, когда приходил ко мне искать работы. Именно через Хитченса Мид и узнал, что в Хейден-Парке свободна должность управляющего.

Райдер скептически покачал головой:

– Надеюсь, это не попытка отомстить Хитченсу за ваше разоблачение? Может, вы пытаетесь отвести подозрение от себя?

Лорд Гиллфорд негодующе выпрямился:

– Мой добрый сэр, я чрезвычайно устал от того, что в моих словах постоянно сомневаются.

Райдер не сразу ответил, хотя интуиция подсказывала, что он напал на след. Если между лакеем и бывшим управляющим существует связь, значит, именно Хитченс и есть возможный подозреваемый, на которого до сих пор никто не обращал внимания.

Неужели он и есть предполагаемый убийца? У него были возможности и, вероятно, мотив. Райдер все больше и больше уверялся, что Гиллфорд – просто безмозглый болван, а не коварный преступник…

Подстегиваемый сознанием необходимости действовать со всей поспешностью и полностью изменить курс расследования, Райдер решил немедленно вернуться в Хейден-Парк и серьезно потолковать с Недом Хитченсом.

Поэтому он кивком показал в сторону особняка:

– Отсюда вы доберетесь сами, ваше сиятельство.

– Я рад, что вы простили меня, – облегченно выдохнул Гиллфорд.

– Разве я так сказал? – вкрадчиво осведомился Райдер. – Вы вернетесь домой и соберете вещи. Завтра вы на неопределенное время отправляетесь путешествовать по Европе. Я не желаю, чтобы следующие несколько месяцев вы и близко подходили к Ив.

– Но вы не можете приказать мне уехать! – возмутился Гиллфорд.

– Конечно, выбор за вами, однако, заверяю, вы пожалеете, если ослушаетесь.

Виконт облизнул пересохшие губы.