— Чур, не подглядывать, милорд, — добавила она после того, как он успел увидеть, что она встала с колен.

Что-то изменилось в ее тоне, и это заставило Дэймона напрячься.

— Я могу тебе доверять, Эль?

— А с какой стати вам мне доверять? Так же, как и мне вам… Ее голос донесся откуда-то издалека, из противоположного конца комнаты. Услышав, как она отворила дверь, Дэймон мгновенно открыл глаза. Элеонора, перебежав через комнату, унесла его туфли.

Он пронзил ее взглядом, догадавшись, что она намерена оставить его одного.

— Куда ты собралась, Элеонора? Она улыбнулась.

— Обратно в зал. Думаю, что для одного вечера вполне достаточно неподобающего поведения, которое леди только что продемонстрировала. Да и моя тетушка наверняка задается вопросом, где я и что со мной.

— И именно сейчас вас волнует ваша тетушка?

— На самом деле я хотела помешать вам, вернуться в зал. Сомневаюсь, что вы рискнете пройтись босиком перед благородной публикой.

Дэймон привстал с дивана, очевидно, прикидывая, успеет ли он добежать до двери и вернуть свои туфли, но потом снова сел на место, поняв, что попытка не принесет желаемого результата. Уголки его губ задергались.

— Ах ты, маленькая негодница! Так это все было спланировано! Ты решила сначала возбудить меня, а потом бросить вот так… страдающего от боли…

— Ну, вообще-то да.

— Но две ночи назад я поступил с тобой совсем по-другому.

— Совершенно верно! Вы получаете удовольствие оттого, что бесцельно возбуждаете, волнуете и провоцируете меня, не так ли? Сейчас мы поменялись ролями — Честная игра, Дэймон!

Он опустил руку и со злостью стал застегивать панталоны.

— Полагаю, что таким образом ты отомстила мне за то, что я прервал ваш поцелуй с принцем, — проворчал виконт.

— Вы очень проницательны!

Дэймон с мрачно-ироничной улыбкой отрицательно замотал головой.

— Отдаю должное вашей изобретательности, леди.

— Спасибо, — произнесла Элеонора, задумчиво наблюдая за тем, как он застегивает ширинку. — А еще мне хотелось проверить вашу клятву соблюдать целомудрие, чтобы вам было еще труднее выполнить данное обещание. И если вдруг болезненные ощущения пересилят, то вы всегда можете обратиться к своей любовнице, чтобы получить некоторую разрядку.

— Я же говорил тебе, — раздраженно возразил он, — что у меня нет любовницы.

— Вероятно, вам следует найти кого-нибудь, кто бы удовлетворил ваши плотские желания, — небрежно бросила Элеонора. — Может быть, тогда вы, наконец, прекратите преследовать меня.

Несмотря на равнодушный тон, Дэймон уловил дрожь в голосе девушки, что свидетельствовало о том, что тема любовницы ей совсем не безразлична.

— Это лишь показывает, как мало ты знаешь о мужском теле, моя сладкая. Я могу справиться с этой болью самостоятельно. Для того чтобы удовлетворить плотские желания, мужчине не обязательно нужна женщина.

Его замечание заставило Эль помедлить с ответом. Она удивленно приподняла брови.

— Да? И как?

— Самому, лаская свой половой орган. Оргазм, достигнутый таким образом, конечно, не доставляет слишком уж большого удовольствия, однако является эффективным способом снять боль.

Элеонора смотрела на него какое-то время, как будто пытаясь представить картину, которую он только что описал. Потом, вспыхнув, она быстро затрясла головой, явно недовольная тем, что позволила себе слушать подобные вещи.

— Меня определенно не волнует удовлетворение ваших плотских желаний, Дэймон, как и вас не должны волновать мои романтические отношения. И я буду очень вам благодарна, если впредь вы не станете мне мешать.

Открыв дверь, она замешкалась, а потом сказала:

— Я попрошу дворецкого леди Хевиленд подать ваш экипаж, чтобы вам не пришлось долго ожидать в вестибюле. А если вы поторопитесь, то, возможно, он даже не заметит, что на вас нет туфель.

— Мне все равно, что скажет дворецкий леди Хевиленд, — сухо произнес Дэймон. — Меня больше волнует мнение моего собственного слуги. Корнби очень огорчится, если я вернусь домой без обуви.

Элеонора улыбнулась, и на ее щеках заиграли две очаровательные ямочки.

— Вы можете сказать ему, что это я унесла ваши туфли. Когда она выскользнула за дверь, Дэймон не мог тихонько не рассмеяться.