Это было неправдой, но прозвучало почти нормально. Не привлекло ничьего внимания. Его голос звучал легко и звонко, вот только глаза потемнели. Стали практически черными.

— Сад тут чудесный, — с улыбкой отозвалась я. — Настолько, что забыла о времени. Хотелось бы мне тут побывать летом, пройтись по тем же тропкам.

Со стороны могло показаться, что я говорю искренне. Правдиво. И только Фенрир видел мои настоящие эмоции.

«Айрин?» — мысль пришла через мгновение.

«И я тебя люблю», — моментально отправила я в ответ, второй раз еле заметно качнув головой.

Если Норисдан и удивился ответу, то виду не подал. Лишь широко улыбнулся и, опустив высокий подлокотник, обнял меня за талию.

Испытание артефакторов тянулось слишком долго. Слишком нудно. Я мечтала о моменте, когда уже объявят о том, что половина отсеяна, а вторая половина прошла во второй тур. И всех отпустят.

А когда это наконец случилось, я боролась с желанием растолкать гостей локтями и первой вылететь на улицу.

Но в этом не было никакого смысла. Потому что впереди еще был совместный ужин, попытки сделать вид, что все в порядке и милые беседы. Показывать Джамасу или Лексу то, что что-то идет не по плану, не стоило. Один уверен в том, что я являюсь ключевой фигурой, а вот о чем знает второй надо будет спросить у Фенрира.

Момент для этого появился глубокой ночью, когда Норисдан вновь оказался на моем балконе в одних штанах.

— Проходи, — я открыла дверь и тут же ее закрыла. — Как себя чувствуешь?

— Отлично, — он притянул меня к себе и легко поцеловал, а потом показал небольшой темно-фиолетовый камешек.

Я кивнула и увлекла парня за собой на кровать. Матрас скрипнул под весом двух тел, свет мигнул. А Норисдан раздавил в кулаке артефакт, тот брызнул магией в стороны, и вокруг постели образовался яркий сиреневый купол, по которому то и дело пробегали молнии и вспышки.

— Насколько его хватит? — я стерла с лица улыбку.

— Поговорить успеем, — Фенрир тоже был серьезен. — Что у нас на повестке кроме того, что Архимаг пропал?

— Раньше такое было? Или ты не знаешь?

— Я уверен, что судьи в разгар турнира исчезать не должны. У него просто обязан был быть жутко важный повод для этого. Ты пыталась с ним связаться?

Скрывать смысла не было. Выдохнув сквозь зубы, я коротко кивнула:

— Да. Ничего. Блок. Или ментальные каналы закрыты, или…

— Он мертв, — договорил за меня Норисдан. — Но это невозможно. Наш ректор один из сильнейших колдунов современности. Каковы шансы, что он просто отлучился на одно испытание?

В ответ пожала плечами, а предчувствие и дар подсказывали, что все было гораздо хуже.

— Об этом мы узнаем уже завтра утром. А если его и завтра там не будет…

Фенрир усмехнулся:

— Вот тогда и будем думать, что делать.

— Что знает обо всем этом Лекс? — плавно сменить тему не получилось.

— Практически ничего. Ты на задании, мы прикрытие. Он был недоволен, но я довольно грубо дал ему понять, что твое прошлое его касаться не должно.

— То есть он знает, что я Сестра Тени?

— Да. Но узнал он об этом не от меня.

Хм, пронюхал-таки. Ну да ладно, невелика тайна.

— Как еще можно найти человека, если исключить ментальны каналы? — я опять резко сменила тему.

Норисдан качнул головой:

— Для этого нужен отпечаток ауры. Или личная вещь, которой он пользовался постоянно.

В ответ лишь вздохнула. Способов выйти на Первого Архимага у нас не оказалось.

— Как быстро закончились темы для разговоров, — усмехнулся Норисдан, притягивая меня к себе и обжигая дыханием шею.

Его руки настойчиво скользнули от груди вниз, а у меня не хватило сил сказать, что сейчас совсем не время. Что сейчас нужно продумать несколько выходов из всех возможных ситуаций, для которых первым звоночком оказалось исчезновение ректора Академии Галэйн.

Но у меня не хватило сил.

Его губы касались кожи на шее, оставляли влажные следы. Взгляд затуманился, зрачки расширились, создавая иллюзию смена цвета радужки. А яркие фиолетовые всполохи то и дело выхватывали из полумрака лицо, к которому хотелось прикоснуться.

И я перестала сдерживать свои желания.