– Ты сказал мне тогда, что ждал меня две тысячи лет, – почти прошептала Филли.

– Ты могла подслушать, – продолжал сопротивляться Дамьен.

– Могла, – грустно повторила Филли, оскорбленная резким ответом. – Тогда, может быть, мне стоит рассказать тебе, как ты закрывал дверь и поднимал меня на этот огромный стол, как обнимал и целовал меня. Или как… Это было так смешно – ты был абсолютно голый, но вот в этих, же кожаных ботинках, – усмехнувшись, уточнила Филли.

В глазах Дамьена что-то изменилось: они потемнели, зрачки расширились. Филли говорит правду, и ему, уже не отвертеться.

– Так это была ты? – протянул он.

Могла ли она ожидать чего-нибудь другого? И все же тон Дамьена задел ее.

– Я понимаю, тебе в это трудно поверить, – тихо произнесла Филли.

– Но от той женщины пахло другими духами.

Это замечание Дамьена озадачило Филли. На секунду она растерялась.

– Другими, – собравшись с мыслями, подтвердила она. – В тот вечер я взяла духи у мамы. Их запах больше подходил к костюму Клеопатры.

В эту минуту Дамьен подумал о том, как удачно поступил, что предпочел привезти Филли к себе домой. Если бы он уложил ее на диване в своем кабинете, этот разговор через полчаса стал бы достоянием всей корпорации.

– Мне необходимы доказательства, – подойдя ближе, сказал Дамьен.

– Ты имеешь в виду генетический анализ? – уточнила Филли.

– И это тоже. – Дамьен сделал еще один шаг. – Но сейчас мне нужно кое-что попроще.

– О чем ты говоришь? – спросила Филли, прижимаясь спиной к стене.

Дамьен подошел к ней вплотную.

– Тогда ты была в маске. Ты знаешь много деталей, но кто-то мог рассказать тебе о них.

Филли хотела возразить, но Дамьен прижал к ее губам палец.

– Мне просто необходимо убедиться в том, что это была ты. Только тогда я смогу поверить, что ты говоришь мне правду.

Дамьен внимательно изучал лицо Филли. Она гордо вскинула подбородок, но в газах чувствовалась растерянность.

– Что ты имеешь в виду?

Дамьен протянул руку. Филли вздрогнула.

– Спокойно, – сказал он. – На тебе была маска. Я просто хочу увидеть, как ты выглядишь с закрытыми глазами.

Дамьен ладонью прикрыл ей глаза.

– Да, – прошептал он. – Никаких сомнений. Он взял Филли за подбородок и приподнял ее лицо. Это была она. Ее дыхание было нежным и обволакивающим. Оно манило его к себе, и сопротивляться не было сил.

– Теперь ты убедился? – спросила Филли дрожащим голосом.

– Почти, – ответил Дамьен дрогнувшим голосом. – Еще один тест.

Он наклонился и поцеловал ее в губы. Филли снова вздрогнула. Дамьен привлек ее к себе и крепко обнял. Он чувствовал, как руки ее какое-то время не знали, куда им деться, и беспомощно ловили воздух, затем вцепились в его сорочку и начали комкать ее, а потом крепко обвились вокруг его тела.

Это была она, его Клеопатра. Теперь он не сомневался. Казалось бы, сейчас ему уже можно остановиться. Но стоит ли останавливаться?

«Странный вопрос», – подумал Дамьен, когда его губы скользили вниз по шее Филли. Он так долго искал эту женщину и вот, наконец, нашел.

Дамьен чувствовал ее взволнованное дыхание. Он ощутил, как напряглись ее груди. Его рука нашла у нее на спине застежку-молнию. Поняв, что он делает, Филли испуганно отпрянула назад, но Дамьен снова поцеловал ее в губы. Его язык скользил по ее зубам, руки блуждали по ее телу, то пробираясь под платье, то выбираясь наружу.

Дамьен стянул с ее плеч платье, и оно, легко скользя, упало на пол.

Он не дал ей времени опомниться и подумать, поднял на руки и быстро понес к постели. Филли впилась губами в горячий рот Дамьена и, отпустив все свои внутренние тормоза, полностью отдалась наслаждению. Здравый рассудок на время покинул ее. Да и к чему он ей сейчас? Постель не подходящее место для логических рассуждений. Здесь главенствуют чувства.

Ее тело изгибалось и трепетало. Оно чувствовало его тело. Все остальное было неважно, все остальное просто перестало существовать. Только ощущения. Только чувства. Потрясающие. Незабываемые. Дамьен заставлял ее чувствовать себя особенной. Единственной и неповторимой. Любимой!

– Пожалуйста… – прошептала Филли. Дамьен быстро поднялся, скинул с себя одежду и снова вернулся к ней. Теперь их уже ничто не разделяло. Он лег рядом и крепко обнял ее.