☰
×
Страница 16 из 48

– У вас есть еще какая-нибудь одежда, кроме серой?

Филли посмотрела на свой жакет и брюки. А что, собственно, ему не нравится в ее одежде? Пусть на костюме нет дорогой этикетки с именем модного дизайнера, ну так что ж? Зато он куплен по очень выгодной цене, и фирма известная. Подумаешь, жакет немного великоват!

– Вы не любите серый цвет? – робко спросила Филли.

У нее дома где-то валялся египетский гороскоп, который она одолжила на некоторое время у соседки. Там, кроме всего прочего, указывались и цвета, которые нужно носить на ближайшей неделе каждому знаку зодиака. Филли могла бы сказать об этом Дамьену, но она не была уверена в том, что именно это он имел в виду.

– Эта сделка очень важна для «Делюкатека», – пояснил Дамьен. – Люди, с которыми нам придется иметь дело, заядлые модники. Мы должны соответствовать. У вас есть что-нибудь подходящее?

Дамьен, конечно же, хотел сказать, что это она должна соответствовать. Сам он был одет с иголочки, костюмы от самых модных дизайнеров, а Филли покупала себе одежду на распродажах, и это было видно за версту. Она мысленно пробежалась по своему гардеробу. Он был почти спартанским. Перед свадьбой пришлось здорово экономить на вещах. Брайс захотел, чтобы у них был общий бюджет, и, тем временем, как Филли пополняла его, урезывая траты на себя, он тратил их деньги на другую женщину.

Филли могла себе позволить только три костюма – коричневый, бежевый и серый, а также черные брюки, блузки в тон и еще теплый жакет на зиму. Свадебное платье так и лежит нераспакованное. Ей надо было бы вернуть его в магазин. Теперь оно ей вряд ли понадобится.

Впрочем, со дня несостоявшейся свадьбы прошло уже достаточно много времени, и Филли могла бы купить себе что-то новое из одежды, но мама чувствовала себя все хуже и хуже, и Филли понимала, что скоро ей понадобится очень много денег.

Наступит момент, когда она просто не сможет сидеть возле больной матери двадцать четыре часа в сутки. Она уже навела справки: хороший хоспис стоит недешево.

– Я не знаю, – честно призналась Филли. – А что мне нужно?

Дамьен мельком взглянул на нее и сказал:

– Позже подойдите к Энид. Она даст вам график поездки, и вы вместе обсудите, что вам нужно будет купить. Вы можете пройтись по магазинам сегодня после того, как мы поработаем над нашим планом. Командировочные я вам выпишу.

– Отлично, – обиженно сказала Филли, поправляя очки. – Надеюсь, этого мне будет достаточно.

Этого оказалось больше чем достаточно. Филли смотрела на цифру, указанную в чеке, который ей только, что передала потрясенная Энид, и не могла поверить своим глазам.

– Ты ничего не перепутала с нулями? – обратилась Филли к Энид.

– Нет, все правильно. – Энид пристально посмотрела на нее сквозь бифокальные линзы своих очков. – Вот тебе список бутиков, в которых действителен этот чек. Там есть все, что тебе необходимо. Если понадобится купить что-нибудь в другом месте, пусть тебе выпишут квитанцию, и мы ее оплатим.

– Но, это же целое состояние! Энид с улыбкой взглянула на Филли.

– Он просто хочет, чтобы ты хорошо выглядела. Это важно для него.

Энид знала, о чем говорила. Она давно работала с Дамьеном.

– Это важно для сделки, – поправила ее Филли. Она была уверена, что для Дамьена она была всего лишь ценным сотрудником. И все это делалось только для дела.

– Я думаю, что у тебя еще будет возможность оценить его щедрость. – Склонив голову набок, Энид лукаво посмотрела на Филли. – Эта сделка действительно, очень нужна нашей компании, и мы все должны сделать все от нас зависящее, чтобы она состоялась. Ты, несомненно, будешь чувствовать себя намного увереннее и в профессиональном, и в личном плане, если разбавишь свой гардероб парой новых туалетов. Я знаю, что Дамьен иногда может быть несколько бестактным, но тебе не стоит слишком серьезно воспринимать это. Просто его детство было не таким, как у большинства из нас.

Если бы Филли случайно не узнала сегодня утром о том, что произошло с Дамьеном в детстве, она бы решила, что старушка Энид совсем спятила. О боже! Этот парень – мультимиллионер, а она решила его пожалеть!

Впрочем, кто знает, может быть, Энид права?