— Конечно срочно. Ты чуть членовредительством не начала заниматься, — фыркнула я. — Нужно было предотвращать. Когда ты уже признаешь, что Ник тебе нравится?
— С чего ты взяла? — захорохорилась тут же она. Но потом, чуть помолчав сдулась и уже тихо спросила: — Так заметно, да?
— Да ты чуть девушку не прибила, которая случайно подошла.
— Как это случайно? Это не про неё ты говорила? То есть, возможно, там ещё девки крутятся? — Лия тут же вскочила, собираясь явно возвращаться назад. Пришлось усаживать насильно обратно.
— Ты только не сердись, ладно? — начала издалека.
Но в ответ получила полный подозрения взгляд. Слишком уж мы хорошо знали друг друга.
— Просто ты при всех меня трусихой обозвала.
— Так… — прищурилась, явно уже всё поняв.
— Ну и я просто решила подшутить над тобой. Ты так мило смущалась в присутствие Ника, что…
— От темы не отходи, — покраснела Лия.
— В общем, как ты уже сообразила, я придумала историю с девушками, желающими познакомиться с Ником. Извини.
Было видно, что подруга немного повеселела. А значит скоро перестанет злиться.
— Знаешь, прощу, но… — тут она ехидно улыбнулась, явно придумав в ответ не менее дурацкое, — Но только если ты пригласишь на свидание того красавчика дроу.
— И как ты себе это представляешь? — возмутилась фантазии подруги.
— О, отлично представляю. Подойдёшь за ужином и позовешь послезавтра в город погулять. Он как раз намекал, что выходные у него полностью свободны. Мы в обед сходим в ателье, подгоним тебе форму, а дальше свободный вечер.
Посмотрела на довольную подругу и поняла, что переубедить её уже не получится, легче будет сходить погулять. Да и чего себя обманывать, не хотелось сидеть в свои выходные целый день дома. Так что согласилась. А после пришлось расходиться в разные стороны. Мне необходимо было появиться на полигоне, а у неё были еще занятия в академии.
Так как обед я благополучно пропустила, на месте я была первой, поэтому спокойно переоделась в одиночестве и вышла на площадку. Буквально через пару минут ко мне присоединился наш декан, рядом с которым крутился Корги.
— Ты где пропадал?
— Студентка Рой, а вам не кажется, что это чересчур фамильярно с вашей стороны? Но всё же отвечу — у меня были занятия.
— Простите, декан Нильт, но я вообще-то к дракону обращалась, — и вот чего я покраснела, спрашивается?
В этот момент на полигоне появились первые боевики и куратор отправился в их сторону. Проходя мимо меня, чуть наклонился и прошептал «я знаю», после чего насвистывая продолжил путь. Хотела крикнуть ему в ответ что-нибудь остроумное, но пока думала, Корги решил всё же рассказать, где он гулял.
— В общем-то проснулся, в комнате никого, — решил зайти явно издалека. — Двери заперты, окна тоже. Совсем вы не думаете о других. Но благодаря моей сноровке и острым когтям я смог выбраться. И да, окно теперь не закрывается. Но не важно. Дальше… хм, дальше я отправился в зверинец, полюбоваться на красоту моей Златы. Но её там не оказалось. Весь в переживаниях я отправился к ректору, ведь кто, как не он может знать, что происходит в этой академии. Оказывается, она на процедурах на все выходные, и с ней увидеться мы сможем только в понедельник. Потом шёл пробный эксперимент уже надо мной. Но как видишь без результата. А потом я решил посмотреть, как вы тут без меня справляетесь.
У меня тут же возникло множество вопросов, но уже знакомый гул и окрик декана заставили двинуться в сторону построения парней.
Встала с краю, как самая маленькая. Со мной рядом встал Танире, который был выше меня всего сантиметров на пять — десять. Ник же занял место в середине шеренги.
Алекс Нильт не стал долго церемониться и отправил нас нарезать круги по полигону. Только вот если раньше, при подготовке я пробегала пять кругов, то сейчас нужно было осилить двадцать (!). Судя по тому, как все спокойно повернулись и побежали, ни для кого это не было проблемой.
Я же уже на десятом круге стала задыхаться. На пятнадцатом еле-еле переставляла ноги, двигаясь на одном энтузиазме. Двадцатый я ползла уже в гордом одиночестве, под ободряющие крики Ника.
— Плохо, — бросил Алекс, проходя мимо моей тушки, лежащей на земле и мечтающей сдохнуть.