Выходя из больницы, я замечаю взгляд двух молодых парней врачей, остановившихся на ней. В венах тут же закипает кровь. Моя… Какого хрена? Раньше мне нравилось, как смотрят на моих женщин, но она совсем другой случай. Я хватаю ее под локоть и прижимаю к себе. Идем в сторону машины, открываю ей дверь и успокаиваюсь, лишь когда она сидит на переднем сидении. Когда Наташа ушла к Анару, я хорошо знал, что такое ревность, но, чтобы так даже представить не мог. Сажусь и кладу руку на ее колено, Алина поворачивает голову ко мне. Такие большие глаза, темные, огромные…

— Мне нужно поговорить с Аней. Потом мы все решим. Поняла?

Она кивает. Я поднимаю руку вверх по ее оголенной ноге, чувствую, как в моих жилах закипает кровь еще сильнее. Сука…Как же я ее хочу, никого так не хотел, как ее в жизни. Резко двигаюсь с места, рука поднимается все выше. Какая-то немыслимая пытка, столько женщин перебывало в моей постели, подо мной, но ее тело было словно особенным, диким и необузданным. Алина непроизвольно раздвигает ноги, я ощущаю ноющую боль в паху, как встает член. Твою же мать, какая умная сучка. Пальцы отодвигают резинку трусиков и касаются ее складок, провожу пальцем и умело надавливаю на клитор. Алина судорожно сжимает свои стройные ножки, я резко вжимаюсь в педаль, выдавливаю всю скорость, не могу находиться с ней долго и не касаться ее, как одержимый пацан, все больше и больше хочу трахать ее нежное податливое тело. Меня словно трясет, как парня первый раз дорвавшегося до женского тела, мой палец скользит вглубь нее. Слежу краем глаза за ней, она сдвигает ноги еще сильнее, тяжело дышит, а я хочу ее до ломоты костей, моя сучка, только моя…

ГЛАВА 17

АЛИНА

Я едва не кричу в голос. Что он со мной творит… Что вытворяют его наглые пальцы внутри меня… Меня всю трясет, я забываю обо всем, мой мужчина, только мой. Не хочу делить его ни с кем и в этот момент мне так плевать, женат ли он или нет. Есть ли в его жизни другие женщины или нет. Наплевать на них всех. Одним движением он раздвигает мои ноги. Его горячие пальцы бесстыдно во мне, я закусываю губу до боли пытаясь пережить эту пытку. Мне словно сносит крышу, я как одержимая, только могу судорожно ртом хватать воздух. Гаспаров резко тормозит, толкает дверь и выходит из машины. Я откидываюсь на сидении, тяжело дышу, когда я успела стать такой развратной сучкой — сама не знаю… Гаспаров открывает дверь и вытаскивает меня на улицу. Мы за городом, я оглядываюсь, вокруг какие-то дома вдали, но мне сейчас не до этого. Он притягивает меня к себе и, подхватив под ягодицы, кладет на капот. Когда-то очень давно я представляла секс на капоте машины, но даже подумать не могла что у меня такое может быть. Разрывает одним движением на мне трусы, твою же мать… Его грубые движения отдаются отголоском в моем теле, хочу очень хочу трахаться, именно трахаться. Тянет за ноги меня к себе, расстегивает ширинку и одним резким толчком вдалбливается в меня, я даже охнуть не успеваю, лишь закрываю глаза от дикого экстаза, стоны вырываются с моих губ. Хочу его до безумия хочу и плевать на все, даже если он сам считает меня шлюхой, я буду его шлюхой, только его.

Себя в чем-то презираю, что не могу ему отказать, что даже не пытаюсь сопротивляться, но не никаких сил, очень хочу его сейчас, в этот момент, наш грубый животный секс сводит меня с ума, припадает губами к моей шее, оставляет на ней засосы, кусает до крови, а я обхватываю его ногами и в этот момент, может кто-то посчитает меня сумасшедшей, я счастлива. Счастлива что я под мужчиной, под настоящим мужчиной, а не под тряпками которые у меня до этого были…

* * *

АЛАН

Я никогда раньше не мог подумать, что могу быть таким. Да мне нравился грубый секс без всяких лишних прелюдий и нежности, но чтобы так… Ее тело агрессивно отдавалось мне, реагировало на каждое мое движение. Я яростно вдалбливался в девчонку и на секунду забывал о том, что мы были людьми, это было так дико, по-звериному, но именно это сочетание грубости доводило нас до апогея, заставляло ее задыхаться и выкрикивать мое имя. Остановившись, я провел ладонью по ее внутренней стороне бедра, коснулся пальцами ее кисками, она вся текла, текла только для меня.