Построение было столь же высоким, как деревья рядом с ним, и по форме походило на ступенчатую пирамиду. Черт возьми. Здание скорее напоминало виденные Кэлом в Центральной Америке пирамиды Майа, нежели храмы Ангкор. Каждый из пяти уровней ступеней под зеленым покровом был меньше предыдущего.

— Вот что придает смысл каждым скучным раскопкам, на которых я побывала, — пробормотала Джемма.

Остальные разразились смехом и восторженными возгласами. Все поспешили к разрушенному храму.

Даже Дэни улыбалась за своим объективом.

— Он похож на семиярусную пирамиду Прасат Том в Кох Кер¹⁹, — сказал Сакада, ни на секунду не отводя взгляда от храма. — Меньше размером, но дизайн похож.

— Поразительно, — доктор Оукли поглядел на Кэла. — Нам нужно зайти внутрь.

Срубив еще несколько лиан, Кэл привел группу к дверному проему по центру того, что, предположительно, было фасадом храма. Он посмотрел вверх и снова изумился найденной постройке.

— Вход перекрыт, — плечи доктора Оукли поникли.

Вход был завален камнями.

— Сэм, можешь помочь? — Кэл ухватился за один из больших камней.

Сэм схватил камень с другой стороны, и вместе они сдвинули валун в сторону. Сакада и Жан-Люк проделали то же самое с соседним камнем.

Мужчины быстро вошли в ритм, и вскоре добились успеха.

— Ммм, ничто не сравнится с наблюдением за тем, как сильные мужчины напрягают мышцы и поднимают тяжести, — сказала Джемма.

Сэм хмыкнул.

— Могла бы помочь. Я обеими руками за равенство полов.

— Не думаю, что перетаскивание камней поможет в борьбе за права женщин, — фыркнула Джемма.

Не обращая на них внимания, Кэл сосредоточился на своей задаче и вскоре увидел просвет.

— Осталось чуть-чуть, и мы сможем войти.

Еще несколько камней и немного труда, и мужчинам, наконец, удалось расчистить отверстие достаточно большое, чтобы можно было пробраться внутрь храма.

Доктор Оукли достал фонарь и поспешил вперед, выпуская перед собой пучок яркого света.

Другие археологи не отставали. Пока они восклицали при виде настенных гравюр, в воздухе витало всеобщее волнение.

— Непередаваемые ощущения, да? — усмехнулся Кэл.

Дэни кивнула, делая еще несколько кадров затемненного прохода.

— Это мой первый затерянный храм. Обычно, когда я фотографирую, повсюду туристы, но сейчас…это удивительно, — она снова подняла фотоаппарат.

Протянув руку, Кэл опустил камеру, и Дэни вскинула взгляд.

— Сначала прочувствуй все без фотоаппарата. Хотя бы на минуту. Рассмотри резные фигурки, вот тут, — он провел ладонью по едва заметным гравюрам, окаймлявшим дверной проем. — Никто не видел их на протяжении сотен лет. Мы вершим историю, Дэни, — она оценивающе осмотрела стену. — Не думай о том, как сделать удачный кадр. Скажи, что ты чувствуешь?

— Волнуюсь. Радуюсь. Нервничаю.

Именно то, что чувствовал он сам. И все сводилось к женщине перед ним. Кэл провел пальцем по ее уху.

— Приятно, правда? Чувствуешь себя живой. На самом деле наши чувства — это все, что у нас есть, — он наступал на Дэни, пока она не уперлась спиной в каменную стену.

У нее участилось дыхание, а грудь, прижатая к груди Кэла, вздымалась и опадала. Дэни ни на мгновение не отводила взгляда.

— Эмоции могут быть мимолетными, Кэл. Волнение, жажда, желание, любовь… в одну минуты они есть, а в другую уже нет. А потом ты остаешься ни с чем.

Кэл оперся ладонями на стену по обеим сторонам от головы Дэни.

— Так быть не должно, — он склонил голову, пока их губы не оказались друг от друга на расстоянии вдоха. — Прямо здесь, сейчас есть только ты и я. Между нами нет фотоаппарата, и никто не сможет нам помешать, — Кэл понизил голос. — Я хочу тебя, Дэни. Так чертовски сильно.

Хныкнув, она закинула руки ему на плечи и рванулась к его рту.

Со стоном Кэл проник языком ей в рот и притянул ее к своему телу. Толкнувшись бедрами Дэни между ног, он почувствовал ее тепло. Боже, она целовалась с голодом, способным сжечь заживо. Кэл оторвался от ее губ и поцелуями проложил дорожку вниз по шее. Утопая в аромате Дэни, он был не в силах остановиться и начал ее покусывать, улыбаясь при звуке отрывистых стонов.

— Кэл? Дэни? Ребята, вы где?

Голос доктора Оукли словно окатил их холодной водой.

Кэл отстранился, пытаясь замедлить мчащийся пульс.

— Позже, — это было обещанием, которое он намеревался сдержать.