Вытаскивает какую-то девушку из другого класса. Все девочки дружно выдыхают. А кому-то очень не повезло…
Парни выходят по очереди, вытаскивают себе пары. И каждый раз я замираю. Мне не с кем пойти на этот бал. Все до одного — плохо. Может быть только Дагер или пара новеньких парней в соседнем классе.
Выходит один из тех, с кем случился конфликт вчера на входе в общежитие. Его мстительный взгляд скользит по аудитории, останавливаясь на мне.
"Нет! Кто угодно, только не этот придурок! — молюсь я. — Кто угодно!"
Вытягивает бумажку. Не я… Уф…
Максу выпадает Таюрская.
— Поменяться нельзя? — капризно смотрит она на учительницу.
— Нет, — качая головой, поджимает губы Алиса Витальевна.
Из парней остаётся только Решетов.
Не глядя вытаскивает бумажку. Не разворачивая бросает на учительской стол.
— Семён… — улыбается она. — Тебе неинтересно?
— Неа.
Садится на место. Она сама разворачивает бумажку.
— Агния Устинова.
Мы оба дергаемся, встречаясь растерянными взглядами.
Учитель переводит взгляд с него на меня и обратно.
— На фотосессии будете прекрасно выглядеть. У вас одинаковый и очень редкий цвет глаз. И черты лица похожи… Вы случайно, не брат с сестрой? — шутит она. — Агния, должно быть, очень фотогенична!
Чувствую, как кровь бросается мне в лицо.
— Ну всё! Остальные девочки получат кавалеров из другого класса. Сегодня вечером я им сообщу…
Звонок.
Прячу тетрадь в рюкзак. И быстрее всех выхожу из класса.
Что ж так не везёт?!
— Устинова… — догоняя, вровень со мной идет Семён.
И внутри снова всё горит и переворачивается.
— Завтра, после обеда за нами приедет водитель, — не глядя на меня. — Мы едем домой.
От удивления врастаю в землю как вкопанная. Подозрительно смотрю на него.
— Чего-то не ясно? — опять начинает он грубить. Желваки ходят под кожей.
— В воскресенье утром же… — неловко мямлю я. — Вера говорила.
— На этой неделе — в субботу.
— Мама так велела? — хмурюсь я.
— Так велел Я!
Ускоряясь уходит. И мне хочется крикнуть ему в спину, чтобы шел к чертям со своими повелениями! Я остаюсь! Все — к черту!
— Сэм! — окрикивает его Тина, проходя мимо. Бросает презрительный взгляд на меня, ведя пальцем по тонкой золотой нити с крупными жемчужинами.
Красивая нить… И жемчужины в цвет белоснежных волос Тины.
Вздыхаю. Я буду как лох без драгоценностей. Моё скромное золотое колечко и серёжки — не в счет. Думаю за вечерний вариант это никак не пройдет.
Мне уже не так это всё чувствительно, как в первые дни. Да плевать…
А почему в субботу-то? В субботу Дагер меня на вечеринку пригласил. На вечеринку, на которой хочет обналичить свою ставку? Вот уж кто действительно пусть идёт к черту. Я еду с Решетовым… так и быть!
Три часа.
Хватаю с кровати рюкзак. Пора…
Быстро спешу к воротам школы. Там стоит чёрная машина Решетовых. Наверное — Решетовых. Я вижу только чёрный глянцевый бок. Большинство машин, что парковались здесь неделю назад были такие же большие чёрные и глянцевые, словно только что с одного и того же конвейера. Нужно было хотя бы номера запомнить!
Но тогда мне было не до того…
По дороге сталкиваюсь с Марикой. Сэм сегодня слил наше групповое проектирование. И мы, наверное, единственная группа, которая не работала по проекту. Чем это нам грозит — не представляю. Оштрафуют, наверное. А возможно он расссчитывает нагнатьна след неделе. Из машины выходит водитель.
— Здравствуйте, Агния.
— Здравствуйте…
Открывает мне дверцу со стороны ворот.
Отворачиваюсь, оглядываюсь на школу. И остро чувствую, что я словно в другой реальности здесь.
Зависнув, смотрю на корпус общежития… Везде пусто. Только Марика оборачивается, издали глядя в мою сторону.
Слышу едва уловимый звук жужжания сзади. Оглядываюсь. Стекло ползёт вниз.
Сэм… смотрит перед собой, не удосужившись даже повернуться в мою сторону.
— Долго будешь любоваться?
Хочется послать его и поехать на такси. Но такси отсюда до дома Решетовых обойдётся мне в круглую сумму. Которой у меня нет.
— Константин, — вспоминаю я имя водителя. — Можно, я сяду на переднее?
— Мм… как пожелаете.
Открывает мне другую дверь.
Вот и славно!