Когда они приехали в Свонз-Корт, граф помог жене подняться по лестнице. Едва Бертон открыл дверь, на его лице тут же появилось озабоченное выражение. Он вопросительно посмотрел на Лили, а потом перевел взгляд на Алекса.

– Вы вернулись рано, милорд, – заметил он. У Алекса не было времени на объяснения. Он провел Лили вперед.

– Принесите ей бокал бренди! – коротко приказал он дворецкому. – Если понадобится, влейте его силой. И не давайте ей что-либо делать. Пусть миссис Ходжес распорядится насчет горячей ванны. И до моего возвращения ни на секунду не оставляйте ее одну! Ни на секунду, поняли?

– Вам незачем беспокоиться, милорд.

Алекс обменялся с ним понимающим взглядом. Невозмутимость дворецкого немного успокоила его. Внезапно он со всей отчетливостью осознал, что именно Бертон, с его надежностью и обстоятельностью, в течение последних двух лет спасал Лили от ее ночных кошмаров.

– Боже мой, только не продолжай… – произнесла Лили голосом, в котором не было даже намека на ее обычную жизнерадостность. – Бертон, дайте мне двойную порцию. – Помолчав, она взглянула на мужа. – Куда, черт побери, ты собрался?

Алекс увидел, что в ее глазах на мгновение зажегся огонек, и возликовал.

– Расскажу, когда вернусь. Я скоро.

– Ты ничего не сможешь сделать, – устало возразила Лили. – Дерек уже сделал все возможное.

Алекс разозлился, несмотря на все свое сострадание и любовь к Лили, и устремил на нее насмешливый взгляд.

– Очевидно, – с деланной мягкостью произнес он, – тебе не приходит в голову, что у меня есть влияние в тех кругах, где Крейвен ничто. Иди выпей бренди, дорогая.

Недовольная его высокомерным тоном, Лили собралась было ответить, но Алекс уже спешил по лестнице к коляске. На нижней ступеньке он остановился.

– Скажи, как звали сыщика, которого ты наняла?

– Нокс. Олтон Нокс. – Она горько улыбнулась. – Среди «хитрецов» он считается первым. Он лучший из тех, кого можно купить за деньги.

* * *

Сэр Джошуа Натан, несколько лет назад ставший старшим магистратом <Так назывались мировые судьи и высшие полицейские чиновники в городах Англии.> города, превратился в довольно важную персону. Во время выборов Алекс использовал все свое влияние, чтобы был принят закон о некоторых новых общественных учреждениях. Политическая битва была жестокой и кровавой: пришлось сражаться с продажными судьями, которые за деньги, женщин и даже за выпивку меняли приговоры. Алекс месяцами участвовал в дебатах, готовил речи и просил о личных одолжениях ради того, чтобы протолкнуть законопроект. Он свято верил в настоятельную необходимость закона; к тому же Натан, честный и отважный человек, был его близким другом со школьной скамьи.

Имя Натана всегда называли вместе с именем Дональда Лирмана, пламенного молодого магистрата, служившего в вестминстерском отделении. Эти двое разделяли несгибаемую веру в свои методы поддержания порядка, считая их наукой, которую нужно совершенствовать и изучать. Они в поте лица, с методичностью военных, тренировали своих офицеров. Сначала общество, привыкшее к пожилым караульным, потешалось над ними. Однако, невзирая ни на какие преграды, они делали свое дело и вскоре достигли немалых успехов. Их примеру последовали и другие районы города. Офицеров из команд Натана и Лирмана, прозванных «хитрецами», нередко нанимали в частном порядке и банкиры, и состоятельные горожане.

Натан, худощавый, холеный мужчина скромной наружности, приветствовал Алекса спокойной, дружелюбной улыбкой:

– Привет, Алекс! Приятное лицо из прошлого.

Алекс радушно пожал ему руку.

– Прости, что приехал к тебе в такой поздний час.

– Я привык трудиться допоздна. Такая уж у меня работа. По словам моей жены, она только и живет надеждой увидеть меня в середине дня за обедом. – Натан провел Алекса в библиотеку, и они расположились в кожаных креслах. – Ну что ж, – тихо проговорил он, – хватит шутить. Чем скорее ты расскажешь мне о своем деле, тем быстрее мы найдем решение.

Алекс кратко изложил суть. Натан слушал внимательно, изредка прерывая его вопросами. Судя по его виду, имя Га-вацци ничего для него не значило, а вот при упоминании имени Олтона Нокса он насторожился.

Когда Алекс закончил, Натан откинулся на спинку кресла и, сложив ладони «домиком», задумался.