Он неловко переминается с ноги на ногу, потом бросает взгляд на Аню, и все же подается ко мне, оставляя легкий поцелуй на моей щеке, а я вдруг начинаю улыбаться, так хорошо мне с ним. Приятна его забота, приятно то, что он все понимает, и думает в первую очередь о моем комфорте.

Миша уходит, а я молча подхожу к двери моей квартиры, и открыв ее, приглашаю Аню войти.

Дочь нерешительно мнется, потом все же переступает порог, и снимает куртку, затем кроссовки, и проходит вглубь. Ждет, пока я сниму верхнюю одежду, и молчит.

- Ну? Зачем ты пришла? Не думаю, что соскучилась, судя по твоим фотографиям в соц,.сетях, тебе и без меня хорошо живется. – Говорю я, поставив на кухне чайник.

Аня вдруг плюхается на стул, складывает руки на столе, и опустив на них голову начинает громко плакать, чем приводит меня в шок. С ней явно что-то случилось, и это что-то очень меня пугает.

- Я такая дура! Просто настоящая идиотка. Мам, прости меня. Пожалуйста, мамочка. Молю тебя не отворачивайся от меня. Я так жалею, что поверила этой стерве Светке. Она настоящая змея.

Тараторит дочь, а я понять не могу, что там такого случилось.

- Ань, успокойся! – Говорю строго, и ставлю перед дочерью стакан воды, который она тут же осушает. – А теперь по порядку расскажи, что случилось? Я ничего не понимаю.

- Света специально втерлась мне в доверие, и настраивала против тебя. Специально помогла мне сблизится с Артемом. И отпрашивала у папы в клуб. Я думала она мне как подруга, мы ведь проводили так много времени вместе, и она понимала меня, а она…

На глазах дочери снова появляются слезы, которые она смахивает рукой.

- В общем, она как оказалась специально это все подстроила, чтобы я от тебя отвернулась. И Артема она заранее подговорила, я то думала, что он меня полюбил, ведь он так ухаживал… в начале… А потом… когда мы начали встречаться, он начал намекать на то, что хочет большего.

Я, кажется, начинаю понимать, к чему она клонит, и я ведь ей об этом уже говорила, когда застукала их в доме, но она меня не послушала, и вот он результат.

- Что? Ты с ним переспала, и он тебя бросил? Как я тебе и говорила? – В моем голосе нет самодовольства, просто констатация фактов.

Но вопреки моей уверенности, дочь качает отрицательно головой.

- Нет. Не совсем. Мы переспали да, но продолжали встречаться, и все было хорошо. А потом…

Она вдруг затихает, в глазах появляется страх, и ей требуется время, чтобы сказать мне новость.

- Я беременна, мам.

Меня словно окатили ледяной водой. И первые пару секунд я пыталась уговорить себя мысленно, что ослышалась, но глядя в виноватое лицо Ани понимаю, что нет. Не ослышалась, и более того, это еще не все.

- В общем, я как узнала, пошла сразу к Темке, все ему сказала, показала тест, а он… - на ее глаза снова слезы набегают. – он сказал, что ему не нужен ребенок, и вообще затянул он наши отношения, хотя со Светкой договаривался о другом, и бросил меня.

- Вот же ублюдок. – Негодую я.

- Я пошла, разбираться со Светой, хотела выяснить, зачем она это все сделала, а она уже доложила папе о моем положении, ей видимо Артем позвонил и все рассказал. Папа был в ярости, спросил, правда ли это, я ответила, да. И тогда он ударил меня. Сказал, что я его позорю, и запер в комнате. Я просила открыть, хотела спокойно поговорить, но он слушать не стал, и куда – то уехал. Через час, комнату открыла Света, и улыбаясь сказала, что папа поехал договариваться насчет аборта. Я толкнула ее, и убежала. Мамочка, пожалуйста, не отдавай меня ему. Я не хочу делать аборт. Прошу тебя, мамочка. Прости меня. Я предательница, дура, и не достойна такой матери, но прошу, защити меня и моего ребенка, мама.

Она вдруг бросается к моим ногам, и стоя на коленях, обнимает за ноги, прячет лицо, и плачет, плачет, плачет. У нее начинается настоящая истерика. А я не могу смотреть на ее страдания.

Поднимаю ее на ноги, и вытираю мокрое от слез лицо, и прижимаю к себе.

- Успокойся! Тебе нельзя так нервничать, навредишь ребенку. Пойдем, умоемся, и ляжешь, поспишь. Все будет хорошо.

Она поднимает на меня свои потерянные, полные боли и надежды глаза, и смотрит так странно, а у меня сжимается сердце.

- Папа поймет, что я у тебя. И придет за мной.

- Я его не впущу. Не думай об этом. Пойдем.