Света, не ожидавшая такого отпора, отступает, и не на ее глаза тут же накатывают слезы, нижняя губа дрожит как у маленького ребенка, и она опускает взгляд на свои руки. А Коля тем временем переводит взгляд на меня.

- Что смотришь, Коля? Неужто, есть что сказать? – Не могу сдержаться я, и делаю шаг назад, так как он подходит ближе.

- Кира, успокойся! мы все решим! Я все исправлю! – Говорит он нарочито спокойно, так словно случайно разбил мою любимую вазу.

Но, это была не любимая ваза, и даже не дорогой чайный сервиз. Он разбил мое сердце, на тысячу мелких осколков, и показал, каким уродливым может быть мир. Теперь мне придется жить с этим всю оставшуюся жизнь, и все по его вине.

- Интересно как ты решил решать и исправлять? Перемотаешь все назад? Или просто последуешь совету своей любовницы и выкинешь меня из дома?

- Что за чушь?! Ты моя жена, и хозяйка в этом доме. А она – ошибка, я был пьян и разгневан твоим отъездом, не соображал. – Произносит он, как ни в чем не бывало, а у меня сердце от этих слов кровью обливается. – Она сейчас же соберет свои шмотки, я отвезу ее в больницу, где нас избавят от проблемы и все. Пусть дальше сама идет своей дорогой.

- Думаешь, аборт решит все наши проблемы?

- Да, ошибка будет устранена, и проблема рассосётся сама собой.

Света начинает рыдать навзрыд, прикрывая руками свой плоский живот, в то время как Коля раздраженно закрывает глаза, словно от головной боли, и трет указательным и большим пальцем переносицу.

Я же, просто разворачиваюсь и выхожу из кабинета. Не желаю там больше находиться, и вообще не желаю быть рядом с мужчиной, который так поступает и ТАК решает свои ПРОБЛЕМЫ. Господи, он падает в моих глазах с каждой секундой все больше, и уже вот – вот пробьет дно. Не понимаю, как можно быть таким циничным? Как можно так!

Тут в голове начинает собираться пазл из недопонимания, каких – то фраз и действий, как Светы, так и Коли. Его испуганные взгляды, категоричное решение отослать Свету подальше, все становится так просто и понятно, что я чувствую себя набитой дурой. Они все это время обводили меня вокруг пальца, а я идиотка, верила!

Эти трусы в кармане его пальто были привлечением внимания, но я совершенно случайно, а может и не случайно их заметила. Новенький телефон от любимого мужчины, как выразилась Света, а потом и поход в ресторан, мой магазин, это ведь все был откуп.

Как же это все мерзко! Я словно чувствую на себе тонну грязи, и хочется смыть ее как можно скорее.

Решительно выхожу из кабинета, и сталкиваюсь в коридоре с застывшей Аней, которая, по всей видимости, все слышала. Боже мой, как же теперь сложно принимать какие – то решения, объяснять все дочери, и помогать ей, держаться. Она ведь любит папу, да и Свете доверяла, а они получается, и ее тоже предали.

- Анют, милая не расстраивайся! – Пытаюсь я как-то мягко начать, хотя саму будто через мясорубку прокрутили.

- Мам, я то не расстраиваюсь, давно понимала, что к чему. И знаешь что, ты ведь сама во всем виновата. – Говорит она совершенно серьезно. – Посмотри на себя! Ты похожа на неухоженную старуху, от которой мужики шарахаются, поэтому не удивительно, что у папы прибор на молоденькую девчонку заработал, которая ходит по дому в коротеньких платьях. Если бы не пряталась за своими кастрюлями да тряпками половыми, возможно и мужик был бы рядом.

13 Глава

Кира

Разворачиваюсь и не смотря больше на дочь захожу в спальню, и тут получаю новый удар, ведь, скорее всего именно здесь мой муж и племянница предали меня. Именно здесь они не постеснялись запятнать все, что мне так дорого.

Смотрю на кровать как на что-то мерзкое, и не могу сдержать рвущийся поток слез, чувствую, как пульс зашкаливает, в горле начинает болеть, словно я проглотила горстку стекла, которое изнутри прорезает мне ткани. Руки трясутся, голова начинает болеть, и это так ужасно чувствовать себя преданной, беспомощной, одинокой.

Яростно подлетаю к кровати, и начинаю срывать постельное белье, которое, скорее всего, уже поменяли, но мне все равно противно, и ненавистно все, что меня сейчас окружает.