— Исполнения желания, — смущённо отвечаю, неловко переминаясь с ноги на ногу. Я уже и не помню когда кто-то за меня посуду мыл. Чаще всего после ужина я составляла в посудомойку всё, а бокалы после чаепития ополаскивала сама. Ксюша вообще к посуде никогда не подходит, да и все остальные члены семьи тоже. Посуда и готовка, так же как уборка — это обязанности женщины, так всегда говорил Слава.

— О! Исполнение желаний, это круто. Я бы и сам от такого не отказался, — Сергей бросает на меня короткий взгляд, а меня даже в пот бросает. И самой же от собственных мыслей чуть ли не дурно становится.

— Ты успешный адвокат, у тебя всё есть. Разве у тебя не все желания исполнились?

— Нет, — он скользит по мне взглядом, чувствую, как заливает жаром щёки. — Всегда хотел большую семью и детей.

— А почему не женился тогда?

— Карьеру строил. На личную жизнь времени не было. А потом оказалось, что не все женщины хотят детей.

— Уверена, у тебя ещё всё впереди. Найдёшь себе свою половинку, которая родит тебе ребятишек, и создаст уют в доме, о котором ты мечтаешь.

Сергей вытирает полотенцем руки и подходит ко мне. У меня сердце куда-то вниз ухает от его близости.

— А что, если я не хочу искать? Что, если я её уже нашёл? — понизив голос, говорит он, от его голоса и слов мурашки волной пробегаются по спине.

Он обнимает меня и притягивает к себе.

Мозг возмущённо орёт, чтобы я немедленно прекратила такие вольности, а вот всё моё естество тянется сейчас к Сергею. В его руках так волнующе спокойно.

Глава 19

Его мужской аромат очень притягателен, а крупные ладони, лежащие на моей талии, кажется, кожу прожигают, даже сквозь ткань.

Я уже и забыла, каково это — чувствовать, что нравишься мужчине. Со Славой всё было привычно. Супружеский долг по расписанию. Просто потому, что надо или потому что три дня прошло. И он уже сам косо смотрит. А я просто не чувствовала потребности, вся моя энергия уходила за весь день на решение каких-то бытовых проблем. Надо отвечать в чатах школы, в чате садика. Следить за новостями, успевать всё и везде. И мне казалось, что внимание мужчин осталось в прошлом. Я ведь замужняя, зачем мне другие?

Поток мыслей прерывает поцелуй Сергея. Нет, он не целует меня взасос. Даже это у него получается сделать правильно. Поцелуй он меня в губы, я бы, скорее всего, залепила пощёчину. Но Сергей нежно целует меня в щеку, наклоняется сильнее и целует в шею. А меня мурашки по всему телу. Самая чувствительное место у меня. Жар мгновенно охватывает всё тело.

А где-то внутри сознания бьётся мысль: «это неправильно».

И я не могу её игнорировать. Пытаюсь держать себя в руках, чтобы не растечься перед ним лужицей, повторяю мысленно — «Я мама троих детей». И, кажется, не только мысленно, потому что Сергей в промежутках между поцелуями шепчет хрипло.

— Ну и что? От от этого ты не перестала быть женщиной, которая вызывает желание.

Ох, как же это…мило. Я-то как раз считала наоборот.

— Серёж, не надо. Дети… — всё-таки нахожу в себе силы выдавить протест.

— Это всего лишь поцелуй, — перебивает меня. — Или ты против? Только скажи.

Его губы снова касаются нежной кожи на шее, опускаются в ямку основания шеи. Стыдно признаться, но у меня даже соски каменеют.

А я против? — спрашиваю себя и тут же отвечаю. — Нет, не против. Ведь нет ничего плохого в том, чтобы позволить себя любить. Ведь правда? Я только чуть-чуть понаслаждаюсь. Почувствую себя желанной.

Хочется продлить эти мгновения ещё на несколько секунд.

А пока внутри меня происходит настоящая битва между тем, что хочу и тем, что надо, — Сергей обнажает моё плечо, и теперь его губы проходятся по его поверхности.

Это настолько интимно для меня, что автоматически срабатывает защитный рефлекс.

— Нет, — шепчу ему и упираюсь ладонями в его идеально твёрдый пресс. — Нет, Серёж. Нельзя. Я так не могу.

Поправляю край джемпера на место, хочу шагнуть назад, чтобы оказаться от него на безопасном расстоянии, но он не выпускает.

— Тшш, всё нормально. Я понимаю. Не настаиваю, — успокаивает меня.

Ну почему он такой хороший? Идеальный, а я нет. Я не идеальная. Не подхожу ему. И хватит себя тешить иллюзиями.

— Тебе уже пора, — снова выставляю дистанция, хотя бы словесную.

— Да. Пора. Итак, задержался.