— А кого-то не учили хорошим манерам, я смотрю? — продолжал наш мини-пикет «счастливый» жених. — Я тебе запрещаю мне грубить.

— Аналогично, — не осталась в долгу и, вырвав ладонь из его захвата, расслабленно положила её ему на локоть. Я тут значит его стаю спасаю, а он…

Потянулись длинные очереди поздравляющих. Так как истинной парой мы друг другу не были, то расписались как обычные люди. Точнее нас расписали. Документы были готовы ещё ранним утром. И вообще-то я уже несколько часов как его официальная жена. А вот торжество идёт с опозданием, просто чтобы показать всем добрую волю двух «нашедших друг друга в бескрайнем океане чужих людей любящих сердец» (я слышала, что такую речь говорят в ЗАГСе).

И вот сейчас в моём муже не было и грамма от того сияющего счастьем мужчины, которого видела на его первой свадьбе. Закатывать ему скандал и предъявлять претензии, что не рад на мне жениться — весьма глупо. Вряд ли он делает это по доброй воле. Но что бы не предложила ему моя стая (моя почти бывшая стая, теперь я — часть его), он согласился на это сам. Возможно даже торговался. А значит, какие ко мне претензии? Никаких, правильно!

Однако дежурно улыбаясь всем и каждому, именно я пыталась играть в настоящую невесту. А жених всячески демонстрировал отстранённость и холодность.

Нет, на радушный приём и радость я и не рассчитывала, но мог бы, не знаю… Да хоть что-то сделать тоже! Я так нервничала сейчас, а ему вообще всё равно.

В какой-то момент почувствовала, как он чуть отодвинулся от меня, стараясь быть дальше. И по инерции потянулась за ним. Как бы он на меня не злился, рядом с ним мне было менее волнительно, чем без него. Но заметив его пренебрежительный взгляд, отошла сама на полшага. Будто его раздражало моё желание быть ближе.

Когда вымученные поздравления обеих стай закончились, и я только выдохнула, какой-то умник догадался крикнуть «горько». Это подхватили и все остальные. Хотя нужно отметить, что кислым лицо было у большинства членов стаи серых. Очевидно, первая жена моего мужа пришлась им по душе больше, чем я. Да и все понимали, что происходящее — всего лишь фарс. Однако глупое слово выкрикивали.

Как же неловко.

И всё же, вспомнив все свои мечты и фантазии, я повернулась к собственному мужу и, привстав на цыпочки, потянулась к его губам. Он же не двинулся ни на миллиметр. Зато посмотрел мне в глаза почти что со злой насмешкой. Да что не так с этим волком⁈

Но решив не пасовать перед ним и быстро чмокнув его в жёсткие, словно из камня выточенные губы (а как ещё можно было выкрутиться из этой ситуации?), сделала вид, что всё нормально и вновь просто встала рядом. Хотя и почувствовала, как на щеках выступил румянец. Я впервые поцеловала мужчину. Эмира. Сама. Первая. И ещё ощущаю вкус его неподвижных губ. И как бы он не был груб, но это приятно. Очень.

— Понравилось? — надменно уточнил он.

— Ага, — подтвердила я, глядя ему прямо в глаза, чем кажется заставила почти смутиться.

Что, не ожидал? Знаю я вас таких. Только откровенной честностью и можно как-то обескуражить, начнёшь юлить — всё, пиши пропало.

— А если бы ты попробовал, и тебе бы понравилось, — заявила, набравшись наглости.

— Даже не мечтай, ущербная, — практически прорычал он.

— Какие мы нежные, — мягко улыбнулась я, скрывая нанесённую обиду.

Это было… больно. Даже в моей стае, хоть все и знали о моём недуге, никто никогда не смел сказать в открытую. А он…

До конца торжества я больше ни разу не смотрела на своего молодого мужа. Даже поймала себя на желании расплакаться и убежать, но разве можно так поступать сейчас, при всех? И тем более — при нём. Вот останусь одна, и реви — не хочу, а здесь никак не покажу своё слабое место.

Глава 6 Ты не в моем вкусе

Глава 6 Ты не в моем вкусе

Ближе к вечеру, когда гости разделились на группы, обсуждая «важные» дела, всеобщее внимание к нам спало. Никто тут не считал это мероприятие радостным праздником. Но смотреть как морщатся члены наших стай, глядя друг на друга, было особенно неприятно. Мы все должны быть вместе, а не вот так, словно враги. Как было бы отлично, объединись и правда две стаи снова в одну… Но разве ж мой отец даст им нормально жить. Кстати, о нём.