— Как продвигается сборка макета, Грегу?

— Готов наполовину. Камень триггера установлен, накопитель на пути. К завтрашнему вечеру попробуем первичную активацию..

— Отличные новости. Вы позволите леди Мортим осмотреть ваш цех?

— Пусть остается с нами вплоть до самого обеда, ваше сиятельство.

Из темного угла мастерской донесся женский смешок. Губы графа дрогнули в ответной, едва уловимой улыбке.

— Мы отложим совместную трапезу до лучших времен, Берта. График леди Мортим расписан буквально по минутам.

— Какая досада, — отозвался звонкий голос. — Местный повар сварил сегодня потрясающий компот.

Граф открыто рассмеялся. Впервые за все время нашего знакомства я стала свидетельницей столь человеческой реакции. Это был глубокий смех смертельно уставшего работяги. Он заменил пугающую бархатистость хищника на простую человеческую теплоту.

Я жадно вглядывалась в его лицо, поражаясь произошедшим метаморфозам.

— Леди Мортим, — Грегу повернулся ко мне, — если вам интересно посмотреть, как мы собираем макет, идемте за мной. Я как раз сейчас выверяю посадку триггера, у вас будет шанс увидеть это вживую.

— С удовольствием.

Я пошла за ним между верстаками. Граф шел позади нас, чуть в стороне, не вмешиваясь и не направляя разговор. Я ловила краем глаза, как мастера, мимо которых мы проходили, поднимали глаза и здоровались с графом коротким кивком. Никакого подобострастия. Просто привычное, рабочее уважение. Кое-кто шутил на ходу — пожилой мастер с тонкими очками на носу окликнул графа через цех:

— Ваше сиятельство, моя жена просила передать благодарности за нового щенка. Прижился отлично.

— Берегите его, Толминг. Я в этой собаке души не чаял, отдавал в хорошие руки.

— Бережем, бережем.

Я вскинула брови. Граф отдавал простому работнику собственного щенка.

Память услужливо подкинула картинку из прошлого. Клэйд вальяжно сидел за чашкой чая в матушкиной гостиной. Он уверенно описывал садистские наклонности графа Сайса. Жених красочно рассказывал о выжимании крови из подчиненных и тотальном страхе среди мастеров. Эти речи были такими гладкими. Потрясающая искренность служила идеальным соусом для вливания отборной лжи в доверчивые чужие уши. Я слепо поглощала эту информацию долгие десять лет. Каждое брошенное им слово казалось мне истиной в последней инстанции.

Я сделала судорожный глоток, проталкивая вниз образовавшийся в горле ком.

Тем временем Грегу подвел меня вплотную к своему верстаку. На бархатной подложке тускло поблескивал почти готовый макет артефактного кольца. Я низко склонилась над столешницей, жадно впитывая детали безупречной посадки аэритного триггера в крошечное металлическое гнездо. Качество исполнения граничило с ювелирным чудом.

— Выдающаяся работа, — искренне похвалила я.

— Благодарю, леди. Я строго следовал вашей авторской схеме.

Я вскинула глаза на мужчину. Взгляд Грегу лучился глубоким уважением.

— Это плод нашего совместного труда с его сиятельством, — мягко скорректировала я.

— По вашей, леди. — Грегу качнул головой. — Я схему вашу видел вчера утром. Это ваша идея с триггером. Его сиятельство сразу сказал.

Я моргнула.

— Граф сказал, что идея моя?

— Слово в слово. «Это полностью предложение леди Мортим, я просто поручаю реализацию».

За моей спиной, чуть в стороне, мне послышалось тихое дыхание. Я не обернулась.

— Очень любезно с его стороны, — спокойно сказала я.

— Леди, у нас тут люди не любят чужими заслугами прикрываться. Его сиятельство нас отучил.

Я медленно склонила голову над макетом, чтобы Грегу не увидел моего лица.

Дальше граф провел меня через шлифовальный цех, потом через лабораторию заклинаний, потом через склад редких ингредиентов, где мы с местным интендантом долго обсуждали особенности хранения слезы василиска (я с большим трудом удержалась, чтобы не выложить ему пару хитростей из своего «будущего» опыта).

На каждом этаже я видела одно и то же.

Чистые помещения с большими окнами. Спокойные люди, занятые своей работой. Мастера, не боящиеся посмеяться при появлении хозяина. Подмастерья, к которым граф обращался по именам, всех помнил, у одного спросил про здоровье матери, у другого — про успехи сына в академии.