Гигантский город со сверкающим проспектом исчез. Вместо него был пустынный мир. Сквозь метель чернели силуэты голых деревьев. Было утро. Он невольно двинулся к ним, но не смог преодолеть ураган. И зачем? Несколько минут он пробыл в далеком будущем, здесь тоже пробудет недолго.

Костюм защищал ею от холода и ветра. Бояться было нечего. И он стал спокойно ждать.

Буран стих. Исчезли и деревья. Он стоял на безлюдном пляже, на берегу моря, омывающего белые руины над развалинами заброшенного города. В воздухе витал дух древности и смерти.

И снова СКАЧОК. Он был готов к нему, но все же немного испугался, очутившись посредине речною потока, швырявшего его как щепку. Костюм, наполненный воздухом, поддерживал его на поверхности. Он начал пробиваться к поросшему деревьями берегу. Но тут же подумал: «Зачем?» И перестал боролся. Все было ясно. Он стал грузом на одном конце огромного маятника времени. И с каждым скачком его отбрасывало все дальше и дальше. Другого объяснения не было.

СКАЧОК. Он лежал ничком на зеленой траве. Поднявшись, он увидел неподалеку с полдюжины низких строений. Чужих строений. Доисторических. Но не удивился. Теперь его занимал лишь вопрос: каков период скачка?

Он взглянул на часы. Два часа сорок минут. В это время он вышел из магазина. Больше его ничто не удивляло. Он не сопротивлялся. Не делал лишних движений. Прошлое — будущее, прошлое — будущее…

Он силился вспомнить что — то и не мог. Да, на другом конце была машина. Она двигает маятник. Вот о чем он должен думать.

Глава 10

16 июля 4784 года династии Ишер Роберт Хедрук был вызван в Совет Организации. В полдень он покинул свой кабинет в Координационном Департаменте, расположенном в Королевском отеле Столицы.

Хедрук вступил в Организацию почти год назад. Он объяснял свое решение тем, что желает участвовать в борьбе с правительством. Его досье было в порядке. При проверке на ПП — машине у него обнаружились столь выдающиеся способности, что это заинтересовало Совет Организации. Он был на особом счету, и назначение в Координационный Департамент расценивалось как шаг в его головокружительной карьере.

Многие члены Совета и высшие чиновники считали слишком скорый взлет вредным для Организации, некоторые видели в нем одиозную личность, хотя и не питали к нему вражды. Но авторитет ПП — машины, чье заключение озадачило даже самого Хедрука, был так велик, что даже скептики не смели критиковать его.

Правда, он мог контролировать свой мозг и, как никто другой, разбирался в технических особенностях изобретенной несколько веков назад машины, ее реакции на биологические процессы. Но, главное, он симпатизировал Организации, а ПП — машина обладала особой чувствительностью к враждебному отношению к ней, так же как двери оружейных магазинов и бластеры оружейников. В его же интересах было поддерживать веру Совета в своего стража, чтобы продвигаться вверх.

Впрочем, это не главная задача. Намного труднее решить, что делать с Императрицей. Он мобилизовал все свои способности, предела которым не знал сам. Первая атака окончилась в пользу правительства: оружейные магазины закрыты по крайней мере в городах. Но самой сложной стала проблема маятника. И решить ее мог только он и никто другой.

…Хедрук вошел в дверь с табличкой «Только для членов Совета. Посторонним вход воспрещен».

Зал, обычный для того времени, представлял собой куб со стороной в двести футов и дверью в сотню футов посредине стены. В воздухе парила платформа с изолирующей обувью. Хедрук встал на одну из пар, зажимы охватили его ноги, и он шагнул на решетку энергополя.

В центре комнаты на высоте ста футов семеро членов Совета столпились вокруг машины в пластиковом ящике. Они почти не обратили внимания на прибытие Хедрука. Все были чрезвычайно напряжены.

— Сейчас произойдет скачок, — сказал Питер Кадрон.

Хедрук кивнул. Настроение членов Совета передалось и ему, он так же пристально всматривался в счетчик времени с переплетающимися дрожащими линиями.