— Обязательно договорись, и мы покажем деревенщине настоящую игру, а не эти броски из подмышки! — парень зло посмотрел на меня, потом добавил: — Надерём ему задницу!

— Надрать задницу я и сам умею, — всё так же спокойно сказал я, сдерживая вскипающие эмоции. — Этому я в деревне научился. Там место под солнцем завоёвывают не словами и не магией, а своими руками. Не желаете ли проверить?

— А вы только это и умеете, мужичьё деревенское! — выпалил Костя, брызгая слюной. — Только попробуй ко мне прикоснуться!

— А зачем пробовать? — усмехнулся я. — Ты же не отравленный десерт, руки у меня от соприкосновения с твоей физиономией не сгниют. А вот тебе подбитый глаз с распухшим синим веком в воспитательных целях не помешают.

Лицо младшего княжича надо было видеть, словами трудно передать всю бурю эмоций, что он сейчас испытывал. Там была и ярость, и неподдельный страх, даже немного отчаяния, видимо от того, что за него сейчас никто не заступается. Единственный его единомышленник, так же сильно ненавидящий новоиспечённого братца, сейчас вышел.

— Так, ребята! — чуть громче обычного, решительно начал Александр. — Ваше общение неподобающе для княжичей, немедленно прекратите! И вообще, вспомните, что мы теперь одна семья!

— Прошу прощения, — тут же сказал я, больше адресуя старшему брату, а не задире Косте.

— Но он мне угрожает! — возмутился Константин.

— Да угомонись ты уже! — вмешалась Софья, обращаясь к младшему брату. — Ну сколько можно? Когда ты уже хоть чуть-чуть поумнеешь?

— Ах ты хочешь сказать, что я идиот? — спросил Костя, переходя уже на фальцет.

— Опять ты за своё? — явно раздражаясь спросла Софья, отодвигая от себя тарелку и вставая из-за стола. — Как же мне всё это надоело!

— Тихо! — довольно громко крикнул Александр, и все замерли.

Костя мгновенно заткнулся с вытянутым лицом, Софья превратилась в скульптуру, не завершив манёвра выхода из-за стола, а я тихо положил вилку на тарелку, издав предательское «дзынь».

В этот момент дверь открылась и буквально ворвался довольный Дмитрий, за ним шёл слуга с тем самым чемоданом с окованными углами.

— Я договорился! — радостно выпалил парень, потом увидел странную мизансцену и тоже замер на полпути. — А что у вас тут происходит?

— Как это что? — переспросил Александр, как ни в чём не бывало. — Тебя ждём. Пойдёмте, ребята, сыграем пару раз.

Все теперь дружно вышли из-за стола и направились к выходу вслед за Дмитрием, который теперь возглавлял процессию. Я с тоской покосился на недоеденную перепёлку и поспешил следом.

В этот раз мы не пошли той же дорогой, как вёл тогда князь, ребята в сопровождении слуги с чемоданом пошли своим путём, более привычным для них. Через ту самую дверь, как меня выводила в парк София однажды, и как выходил один раз я сам.

Так к нужной нам площадке оказалось даже ближе. Через несколько минут мы уже были на месте, слуга уложил чемодан на траву и открыл, Дмитрий начал раздавать шары.

— Так, мы с Костей играем против Саши и Михаила, — объявил он, ему никто не возражал.

Софья молча смирилась с ролью зрителя. Кажется, я сейчас занял её место, наверняка раньше она была в паре с Сашей, когда они играли в шары без родителей.

— Кидайте первыми, — заявил Дмитрий, бросив кошонет на относительно небольшое расстояние. — Пусть Михаил первым кидает.

— Пожалуй, я уступлю право первого броска старшему, — сказал я, обернувшись к Александру.

Тот едва заметно мне улыбнулся и уверенно кивнул, принимая предложение. Александр вышел в зону броска, прицелился и бросил первый шар. Он остановился на расстоянии меньше метра от кошонета. Второй лёг значительно ближе, довольно-таки неплохо.

Теперь пришла моя очередь. Кидать так, как я действительно умею, мне никак нельзя, надо поддерживать легенду, но и ударить в грязь лицом тоже не хочется, поэтому придётся искать компромисс.

Что самое интересное, бросить точно в цель оказалось намного легче, чем умышленно промазать, но при этом не сильно. Наверно от разыгравшихся эмоций, первый шар у меня укатился дальше кошонета метра на полтора, вызвав злобные усмешки со стороны Константина, тот не забыл позлорадствовать по поводу деревенской криворукости. Зато второй шар лёг в полуметре, немного дальше второго шара Александра.