— Маркус, — беззаботно ответил я, хоть и понимал, что старик и так знает мое имя, иначе бы не пустил меня сюда так просто.

— На кого работаешь, Маркус? — неприветливо пробурчал старик.

— На себя, — спокойно ответил я, медленно расхаживая по помещению и с любопытством оглядывая содержимое стеллажей.

— Самодостаточный, значит, — ворчливо хмыкнул старик, не поворачивая головы, — так и чего тебе надо от меня?

Я молча достал из кармана осколок великого источника и кинул в сторону старика.

За момент до того, как он пролетит мимо, старик поймал осколок своей слишком могучей для его возраста рукой и озадаченно покрутил перед бородатым лицом.

Только после этого Карл соизволил поднять очки с десятками установленных друг за дружкой непростых линз разного цвета и размера и перевел взгляд на меня.

— Ничем не могу помочь, — суровым тоном констатировал старик.

— Вот как, — сощурился я и демонстративно провел пальцем по стене из стихийного камня, — а развешенные по зданию десятки осколков указывают что можешь.

— Тц, глазастый, значит, — свел густые брови старик, — такие долго не живут, — угрожающе заметил он, и я ощутил, как напряглось все карманное пространство вокруг, — как говоришь, тебя зовут? — повторил он вопрос.

— Маркус Темный, Глава Клана Теней, — представился я полным титулом.

— Так попроси осколки у своих покровителей, теневик, — брезгливо хмыкнул Карл, — как это делали твои многочисленные предшественники на этом незавидном временном посту.

— Я же сказал, старик, — со вздохом произнес я, — у меня нет никаких покровителей.

И только сейчас мой хмурый собеседник обратил внимание на мой Родовой перстень.

— Занятненько, — поиграл желваками старик, — на моем веку я еще не встречал теневиков, рискнувших поиграть в самостоятельность.

— А я и не играю, — без улыбки ответил я, ощущая, как активно пространство пытается меня прощупать.

Заточенные в стены многочисленные осколки посылали водные, тепловые, природные, электрические, вибрационные и даже астральные техники сканирования, но ни одна из них не сработала, и старик нахмурился еще сильнее.

Хотя, казалось бы, густая треугольная монобровь уже была не способна изгибаться.

— Ты кто такой? — повторил старик свой первый вопрос, и я уже начал переживать нет ли у него деменции.

Но нет, взгляд вроде бы осознанный.

— Все еще Маркус, — улыбнулся я.

И когда последняя сканирующая техника разбилась об меня без какого-либо эффекта, на морщинистом лице Карла появился интерес. Старик натянул обратно свои многолинзовые очки и внимательнее изучил осколок, который я ему дал.

Молодец. Знает, что если я носил осколок великого источника при себе достаточно долго, то на нем мог отпечататься мой энергетический слепок.

Целых пять минут старик что-то бурчал себе под нос и изучил осколок буквально под каждой своей линзой, после чего, скрывая недоумение, вернул свой взгляд на меня.

— Как я понимаю, таких штук тебе нужно больше, чем одна?

— Больше, — кивнул я.

Поначалу я думал, что мне будет вполне достаточно выбить осколков по количеству истинных теневиков в клане, но глядя, как этот старик умудрился создать с их помощью работающую самодостаточную мини-версию Великого Источника, я увеличил аппетиты.

Если создать нечто подобное в теневом квартале и напитать их силой Тьмы, то… от одной мысли об этом меня передернуло от азарта.

— Это очень непростой запрос, Маркус Темный, — хрипло проворчал старик, продолжая задумчиво покручивать мой осколок в могучей руке, — а что стало с благородными покровителями Клана Теней?

— Погибли, — спокойно ответил я.

— Все? — уточнил старик.

— Все, кто открыто не согласился с нашей свободой, — кивнул я, продолжив с любопытным взглядом расхаживать по помещению.

— Хм-м, и ты все еще жив… — почесал бороду старик, — откуда ты говоришь?

— С севера.

— С севера он, — ворчливо передразнил меня Карл, — сомнут твой бунт без поддержки Маркус с севера. Не знаю, какую технику или артефакт ты используешь, но в одиночку выстоять против «них» не получится, — наконец, выдал заключение старик и точным броском вернул мне осколок.

После чего указал мне рукой в сторону выхода, но я и не думал уходить.