— Посмотри, что я у него нашел. — Питер поманил Сашу. Он постучал по файловой папке, в которой лежали какие-то проспекты. — Оказывается, Алекс не так прост.

Саша подошла.

— Как ты думаешь, что это? — спросил он.

Саша смотрела на стол.

— Рекламные проспекты.

— Это я и сам понял. Но что в них? Камуфляжная одежда. А посмотри-ка на названия? Ничего не понимаю.

Саша уставилась на подписи.

— Леший, — прочитала она написанное английскими буквами слово. — Кикимора. — Она засмеялась.

— Кто они?

— Леший — ну… вы называете его «сатир». Это не точно. Наш Леший — хозяин леса, невидимый, очень хитрый, — подбирала она английские слова. — Он обаятельный, иногда вредный с плохими людьми, только не гадкий. Сатир — гадкий.

— А Кикимора? — не отступал Питер.

— Смешливая, хитрая, любит дразниться. Может обернуться кем захочет, поселиться в чужом доме и задурить голову. Закружить, завертеть любого… Громко хихикает.

— Она оборотень? — допытывался Питер.

— Не в том смысле, как у вас. Но может стать кошкой, птицей, лягушкой, чтобы получить то, что хочет.

— Она похожа на тебя. — Он постучал пальцем по лицу, которое высовывалось из капюшона маскировочного плаща.

— На меня? — Саша наклонилась еще ниже. — Ох, — выдохнула она. — Не-ет, это не я, — прошептала она, чувствуя, как холодеют руки.

— Я не говорю, что ты, — фыркнул Питер. — Но похожа — эти рыжие кудри, глаза.

Катерина Николаевна — без сомнения — смотрела на нее с рекламного проспекта. Почему?

— Отличные вещи, — не унимался Питер. — Особенно хорошо в них прятаться на гусиной охоте. Птицы очень осторожные. Жаль, что мы с Алексом не познакомились. Я бы мог закупать у него такие вещи для своих клиентов. Послушай, почему бы нам с тобой не скатать в Лондон? Ты наверняка ничего не видела, кроме «Грэйнджа»? Я угостил бы тебя «Гиннесом».

Судя по всему, подумала Саша, виски помогло его сердцу размякнуть. Она посмотрела на Питера и сказала:

— Я читала, что женщинам пить «Гиннес» неприлично. — Она все еще не отделалась от дрожи в теле. Может быть, померещилось? Но… если тетка послала ее сюда за бумерангом, значит, знакома с Алексом? Иначе откуда взяться на проспектах его фирмы ее лицу!

Рука зачесалась — позвонить и спросить. Но она остановила себя — если Катерина Николаевна не сказала сама, значит, это не ее ума дело.

Саша говорила с Питером, отвечала, кидая ему слова-шарики, смеялась, но словно во сне.

— Ты читала старые книги, Саша, — сказал Питер, отпивая по глотку из стакана. — Это написано к тому же о леди. Ты же не леди? Значит, можешь пить «Гиннес».

— Нет, — засмеялась она, медленно водя шваброй по полу, приближаясь к стене, на которой висел бумеранг. — Я не леди. — А может быть, схватить бумеранг и убежать?

— Но ты немного похожа на леди. — Он шумно выдохнул, и Саша ощутила запах виски.

— Чем это? — насмешливо спросила она.

— Леди не носят платья в обтяжку. Они одеваются так, чтобы формы угадывались, распаляя воображение мужчины. — Он засмеялся. — Твоя футболка болтается, — он потянулся, пытаясь ухватить за край желтой майки, — поэтому кажется, что у тебя фигура мальчика, но я проверю… сейчас.

Саша дернулась, подняла швабру, как копье, и процедила сквозь зубы:

— Отойди на два шага. — Детсадовская фраза выскочила из памяти и легко перевелась на английский. Так учила ее отвечать тетка, когда Саша жаловалась, что на нее в детском саду наваливаются влюбленные мальчишки. Сначала Катерина Николаевна не поняла, о чем она, а когда до нее дошло, она долго хохотала и велела отвечать ей так, как она сейчас Питеру.

Он покорно отошел от Саши ровно на два шага.

— Хорошо. Так мы поедем в Лондон?

— Охотно, — сказала Саша, хотя с большим удовольствием она отдубасила бы его шваброй.

— Будь готова завтра. Выезжаем в шесть утра, чтобы не провести полдня в пробках.

11

Шла четвертая неделя после отъезда Саши. Как и договорились, она не звонила. Катерина Николаевна ей тоже. Погружение в языковую среду — вот что самое важное для изучения, никаких русских слов, которые могли бы отвлечь. Айрин позвонила и отчиталась, что девочка у Шейлы, не о чем волноваться.