Сидя в машине, я продолжаю смотреть в окно, ощущаю, что автомобиль почти взлетает от огромной скорости. Я понимаю, что мы едем в сторону моего дома и догадываюсь: «Он оставит меня, избавится» и эта мысль стучит как молоточек по голове, болью отдавая в сердце.

А что еще можно ожидать? Если я даже собственному отцу не нужна! Какой мужчина меня полюбит? Ведь в жизни, мы прежде всего учимся любви от родителей. Мама бесспорно меня любила, но её не стало слишком рано. Отцу я никогда не была нужна, думаю, он вообще забыл, что у него есть дочь, а может, никогда и не помнил! Любимый дядя который меня любил и внушал мне уверенность в себе, тоже меня покинул. Если бы не Лиза, кто бы вообще помнил обо мне?

Я даже не заметила, что по лицу непроизвольно слезы текут ручьем. Я потерялась в своих грустных мыслях, совсем перестала себя контролировать. А затем ещё хуже, у меня началась истерика, я начала смеяться от такого глупого положения, а тело пробило мелкая нервная дрожь.

«Почему больше всего нас расстраивают самые близкие люди? От которых мы не ожидаем подлости и предательства. Почему удар в спину от близкого человека ранит больнее?»

Совсем замечая времени, я не поняла, как мы доехали до здания и машина уже находится на нашей парковке, а мне ведь показалось, что прошло не больше пяти минут.

Алекс, молча помог мне выйти из машины и завёл в лифт, нажимает на нужную кнопку. Он отошел в другой угол, старательно избегает моего взгляда и даже не смотрит на меня, не прикасается. Я опять грустно ухмыляюсь, уверяя себя, что когда мы зайдем в квартиру, он вежливо скажет, что такой скандал ему не нужен и контракт необходимо расторгнуть.

К черту все!

Я не смогу удержать мужчину, который не хочет быть со мной. Если хочет, пускай проваливает сейчас! Пока я полностью не потеряла голову от его заботы и ласки.

— Какой ужас, — восклицаю я, глядя на свое отражение в зеркале. Тушь потекла, оставляя черные пятна под глазами, нос опух, а глаз красные как у наркоманки. — Я панда.

Возле квартиры я никак не могу попасть ключами в замочную скважину, Алекс взял ключи ели прикасаясь и открыл дверь, пропуская меня вперед. Я прямиком пошла на кухню, мысленно подготавливаясь к «разборам полета», открыла холодильник и налила два бокала вина.

«Убежит, мне больше достанется» — сделала большой глоток, а мужчина подходя со спины взял свой бокал, но пить не стал, лишь начал крутить его в пальцах, серьёзно обдумывая мысли в голове.

— Алиса, кто этот мужчина? — впервые произнёс Алекс, не выдержав молчаливого напряжения.

— Мой отец!

— Что?

По шокированному лицу можно понять, что Алекс явно не ожидал такого ответа, похоже, он немного услышал из нашего «теплого» диалога, но его трудно винить в недогадливости. Разве кто-нибудь мог бы подумать, что так выглядит беседа между любящим отцом и дочерью?

— Может я ему не родная? — произношу свои мысли вслух, серьёзно задумываясь над этим вопросом. — Поэтому он так, ведет себя со мной! Думаю, если бы я знала, что я не его дочь. Я бы простила, поняла его.

— Это из-за него у тебя такой долг? — спрашивает смотря на меня серьезно.

— Ты знал? — грустная ухмылка вырывается из меня, а лицо стыдливо перекашивает, от мысли что он знал о моём долге. — Ты знал! С самого начала! А я то удивилась, что сумма которую ты предложил, была точь-в-точь, мой долг — истерический смех начал разбирать меня. — Купил меня за долги!!!

— Не говори глупости, — резко прервал мою истерику, повернул к себе лицом и обнял с силой.

Я упрямо упиралась и била его кулачками по груди, но чем больше я била, тем сильней мужчина прижимал к себе. Чувствуя его сильную грудь и любимый манящий запах, внушающий мне уют в этих сильных руках, я опять дала волю чувствам, начала плакать и оседать на пол. Алекс опустился со мной, и молча, ждал пока моя истерика пройдет, сидя со мной на полу, заботливо гладя меня по волосам.