Данную мысль озвучил мой отец, задав всем вопрос.

– Кто такая Мэри Элизабет Спенсер?

Мистер Бингам нервно оглянулся вокруг стола.

– У Малкольма было это дополнение составлено за несколько недель до его смерти. Меня не было в городе, так что мой напарник сделал всю работу за него. К сожалению, будучи незнакомым с семьей, он не получил большей информации о миссис Спенсер, так что я все еще пытаюсь найти нужную информацию.

– Ну, что же Бингам, тебе лучше поторопиться с этим, потому что если ты не сможешь родить этого предполагаемого наследника, женщину, с которой никто из нас не знаком, ты можешь поспорить, что я буду оспаривать это завещание. Беллано – это семейный дом Спенсеров, и он останется с реальными Спенсерами, если даже мне придется обратиться в Верховный суд, чтобы убедиться, что это так и будет.

Я краем глаза поймал движение и посмотрел на Танни, которая опустила голову и закрыла глаза. Я уверен, что она думала, что это позор, что так не должны вести себя взрослые мужчины через несколько дней после смерти любимого человека. И не меньше, по поводу имущества. Мне было стыдно, что я так похож на своего отца.

– Мистер Спенсер, уверяю вас…

– Я не верю в то, что вы можете меня в чем-то убедить, мистер Бингам, — огрызнулся мой отец.

Я снова посмотрел на бледное лицо Танни, и это подтолкнуло меня к действиям.

– Мистер Бингам, это все, что вам было нужно от меня или миссис Танненбаум? Если это так, я думаю, что мы оба хотели бы вернуться к своим запланированным делам на сегодняшний день. – Это меньшее, чем я смог сделать, чтобы избавить Танни от этих неприятностей. – Пожалуйста, пришлите копии завещания моему адвокату. Я надеюсь, что у вас уже есть его данные.

Когда я посмотрел на Танни, она смотрела на меня мокрыми, признательными глазами. Я улыбнулся ей, и она ответила мне едва уловимым кивком головы.

– Да, я сделаю. И да, это единственная часть, которая относится к вам обоим. Насколько мне известно, Малкольм уже отдал миссис Танненбаум все свое имущество, которое он хотел. Это так, миссис Танненбаум?

– Да, это так, – послышался тихий ее ответ.

Никто в комнате не спорил. Чтобы Малкольм не посчитал дать Танни, это все равно меньше, чем она заслуживает за то, что оставалась рядом с ним все эти годы. И даже мой равнодушный, суровый отец знал это.

– В таком случае, я думаю, что мы будем на нашей стороне. – Я встал и подошел к стулу Танни, чтобы отодвинуть, пока она вставала на ноги. – Джентльмены. – Я быстро всем кивнул и затем проводил Танни до двери.

Как только мы ушли из кабинета, и все напряжение покинуло нас, я подошел к Танни.

– Ты ведь знаешь кто такая Мэри Элизабет? Малкольм когда-нибудь упоминал ее?

Танни посмотрела на мое лицо, и я заметил ее мертвенно-бледное лицо.

– Харрисон, ты не возражаешь, если я прилягу? Кажется, у меня началась мигрень. Просто стресс последних нескольких дней…

Она пожала мне руку и стала уходить, прежде чем я успел ответить. Наклоняясь, я обнял ее своими руками.

– Я понесу тебя, – просто сказал я ей, пройдя небольшое расстояние по коридору до ее комнаты в задней части дома, к ближайшей комнате Малькольма.

Она выглядела точно так же, как в последний раз, когда я был здесь много лет назад. Антикварная мебель, покрытая выцветшими тканями розово-кремового цвета, свежий цветочный букет, стоящий на комоде, и книга, лежащая на ночном столике рядом с ее очками для чтения. Все в этой комнате было элегантно, женственно и на сто процентов подходило Танни.

Осторожно, я положил ее на кровать, и затем подошел к окнам позади нее, закрывая жалюзи. Прежде чем уйти, я наклонился, чтобы поцеловать прохладную щеку Танни.

– Отдыхай. У тебя есть мой номер телефона, если тебе что-то понадобится. Я сразу же приеду и останусь на пару недель, когда вернусь в страну. Но если вдруг что-то случится, и я понадоблюсь тебе раньше, тогда звони. Хорошо?

Она кивнула.

– Пообещай мне.

У нее была маленькая улыбка.

– Я обещаю.

– Я все приведу в порядок. Не беспокойся из-за этого.

Ее улыбка расширилась.

– Я не буду беспокоиться. Ты продолжай. Хорошо проведи время с Кеннеди.

– Значит, она придет? – Я почувствовал облечение. Слова Танни были немного расплывчатыми.

– Да, я верю, что она придет.

– Я хорошо о ней позабочусь, Танни.