— А как я буду смотреть потом в глаза Паше? — не унималась я. — Мы оба.

— Он ничего не узнает, — поднял брови вверх мужчина. — Если ты сама не проболтаешься. И скажешь ему, что я сжалился и занял денег. Под проценты. Ну или пусть сидит. Будешь ему возить в колонию носочки, трусики и сухарики.

Я понимала, что Алекс виноват в этой ситуации меньше всех, он пострадавшая сторона, но так мерзко всё перевернуть для своей выгоды… Может быть, всё же стоит поговорить со следователем? Искать адвоката самой… Хотя бы срок скинуть.

— Понятно, — встала я на ноги. — Я зря потратила твоё время. Извини.

— Ну, как знаешь, — изогнул он бровь.

— Контакты следователя дашь? — спросила я.

— На, — ответил он и нашёл в записной книжке свою визитку с номером телефона и адресом, записанными от руки.

— Спасибо, — кивнула я и попыталась забрать визитку.

Алекс не отдал. Я встретилась снова с ним глазами.

— Времени мало, Тая.

— Я поняла, — ответила я.

Он разжал пальцы и равнодушно смотрел, как я убираю визитку в сумочку.

— И кстати, ты уволена с должности главного дизайнера, — услышала я и бросила застежки сумочки.

Медленно подняла на него глаза.

— Даже так? Почему? — вскинулась я. — Потому что спать с тобой не хочу?

— Нет, конечно, — усмехнулся он. — Извини, но я не могу оставить жену преступника вблизи себя. На работе. В понедельник можешь забрать расчёт.

— Понятно, — кивнула я, чувствуя, как к горлу подкатывает истерика. — Спасибо, что помог. Друг.

— Помощь я тебе предложил, — ответил он. — Ты сама отказалась. Так чего от меня опять хочешь? Может, мне твоего Пашу ещё усыновить и решать все его проблемы?

— Это не помощь, — тусклым голосом отозвалась я, понимая, как тают последние надежды спасти супруга, семью и имущество… Только если я не решусь всё же на наглый обман, но не уверена, что смогу заставить его сначала отдать деньги, а потом выкрутиться. Всё же шутки с ним плохи, Алекс далеко не дурак, и я могу всё испортить. — Ты просто меня хочешь купить.

— Не мы такие, мир такой, — съязвил Алекс. — Чего ради я должен скакать ради вас?

— Не должен, конечно, — горько усмехнулась я.

И как я раньше думала, что он может быть человеком? Это машина для зарабатывания денег и поиска выгоды.

— Ну и всё. Ты всё сказала? Мне работать надо, — он взялся за трубку телефона и набрал чей-то номер. — Несите материал по проекту. Ещё утром просил. Чем вы там занимаетесь? Прямо сейчас хочу видеть материал у себя на столе. У вас две минуты.

Закинула сумку на плечо и, не прощаясь, вышла из его кабинета. Закрыла дверь и привалилась к стене, пытаясь побороть слёзы и нервную дрожь. Есть всего несколько дней, чтобы найти эти деньги. Меня уже уволили, и ни одна серьезная организация не возьмёт на работу с таким пятном на репутации. Ксюша будет очень страдать, а мы останемся без имущества. Самым лучшим решением было бы тормознуть дело на начальной стадии… Но я просто не могу пойти на то, что требует от меня Алекс за свою помощь.

Глава 2

Алекс

— Можно? — скреблась мышкой секретарь, которая задержала отчёт.

— Я, вообще-то, тебя и жду! — рявкнул я. — Неси.

Она пробежала по кабинету и положила папку возле меня. Запыхалась, малыш. Грудь вон как вздымается и опускается обратно. Успела за две минуты. Осталось только ей сахарок в розовый рот вставить…

— Почему долго так? — нахмурился я, открывая папку. — Поставщик ждёт от нас информацию, а Катя просто о ней забыла?

— Я Аня, — поправила она.

— Неважно, — отложил я папку в сторону. — Ты должна нести в зубах эту папку, если я её у тебя прошу.

— Я… там доделывали отчёт долго, и…

— Неважно, я сказал, — оборвал я её. — Ты сколько тут работаешь?

— Полгода, а что? — робко поинтересовалась она.

— Фамилия.

— Реброва… Анна Реброва. Васильевна.

Записал данные на стикер. Поднял глаза на неё.

— Я подумаю над тем, стоит ли тебе и дальше занимать должность секретаря в нашей фирме.

Губы девчонки задрожали, но спорить она не стала. Да, имени её не помню, но лицо знакомо. Значит, и она меня уже знает. Перечить мне не стоит.

— Иди, Катя.

Она поджала губы, развернулась и пошла к двери.

— Аня я, — поправила меня она, перед тем как выйти и закрыть за собой дверь.

— Да хоть Глаша, — сказал я. — Плевать вообще… Так, ну что тут у нас?